7
0Все люди серьезные, работают на фирме по многу лет…
— Кабинет слева принадлежит вашему хозяину?
— Да. Но он редко там бывает — все время то на одной стройке, то на другой.
— Дело процветает?
— Не жалуемся.
— Вы компаньон?
— Увы, нет! Всего лишь бухгалтер.
— Когда была основана фирма?
— Этого я не знаю. Мне известно, что в сорок седьмом ее владелец обанкротился. Правда, он большую часть времени проводил по разным бистро, швырял деньги налево и направо… Месье Маоссье взял дело в свои руки и сменил весь персонал…
— А вы?
— Сначала бухгалтер работал два дня в неделю. Потом дело расширилось, и в конце сорок восьмого меня наняли на полную ставку.
— Он много работает?
— Вникает во все мелочи. Едва успевает поесть.
— Как он держится с рабочими?
— Очень дружелюбно, но есть грань, через которую переступать не стоит, и они ее знают.
— Сколько на фирме рабочих?
— В данный момент — восемь, считая ученика.
— Вы видели в конторе пистолет?"
"— Пистолет? Нет. Зачем нам пистолет? Расчеты в основном производятся чеками, мы их сразу же относим в банк, который находится неподалеку.
— Вы позволите?
К огромному возмущению маленького человечка, комиссар направился к кабинету Маоссье и выдвинул один за другим все ящики стола. Оружия нигде не было.
— На каком основании вы здесь?
— По необходимости расследования.
— Когда месье Маоссье узнает…
— Я виделся с ним вчера.
— Вы ездили в Ла-Боль?
— Да, и самое позднее завтра утром он будет в Париже.
— Он собирался вернуться только через три недели, а то и через месяц…
— Я попросил его изменить планы.
— И он не возражал? — Маленький месье Ванье был возмущен и напоминал готового к бою петуха. — Хотел бы я знать, что это за история…
— Скоро узнаете.
— Лазить по ящикам, как у себя дома… Задавать дурацкие вопросы… И утверждать, что вызвали патрона из Ла-Боля…
Не сказав больше ни слова, Мегрэ вышел, оставив бухгалтера продолжать причитания.
Глава 6
Едва Мегрэ вернулся на Набережную, как ему позвонил из Ла-Боля Веран — один из двух инспекторов, которых он послал доставить Маоссье.
— Как все прошло?
— Сначала — плохо. Он начал качать права и отказался последовать за нами в Париж. Ссылался на высокопоставленных друзей, грозился устроить скандал.
— Как себя вела его жена?
— Удивленно слушала. Я дал ему несколько минут, чтобы выговориться, потом вынул из кармана наручники и сказал, что если он не поедет с нами добровольно, то совершит путешествие в этих браслетах. Ему в голову ударила кровь. «Вы посмеете это сделать?» — «Да». «Но почему, черт вас побери?» Думаю, он в первую очередь страдал от унижения. В конце концов он пошел с нами на вокзал. Его жена хотела поехать тоже, но он ее отговорил, заверив, что вернется через пару дней.
