9
0Если отбросить версию о маньяке или психопате, решившем застрелить первого попавшегося клошара, но это маловероятно…
— Что собой представляет его жена?
— Неприятная особа. Правда, у нее была тяжелая жизнь. Однажды утром она осталась одна, с восьмилетней дочерью, без средств к существованию. К счастью, она умела шить. Начала обшивать соседок, потом немного расширила клиентуру…
— Она не переехала?
— Нет. Живет в том же самом доме на улице Коленкур, в котором жила с мужем. Только сменила этаж — перебралась в квартиру поменьше и подешевле. Женщина без возраста и смысла в жизни. Взгляд уставлен в одну точку, глаза выцветшие, какие бывают у людей, которые много страдали…
— Ей ничего не известно об уходе мужа?
— Я сумел из нее вытянуть всего несколько слов. Если она что-либо знает, то оставит при себе, ни за что не изменит решение…
— А дочь?
— Ей сейчас двадцать восемь. Замужем за заведующим отделом в «Бон-Марше». Она чуть разговорчивее, чем мать, держится настороженно. У нее двое детей — девочка шести лет и мальчик четырех.
— Отношения с матерью у нее хорошие?
— Более или менее. Они видятся почти каждое воскресенье из-за детей, но, думаю, особо теплых чувств между ними нет. Одетт, это дочь, боготворила отца и до сих пор ревниво сохраняет его культ. Думаю, сегодня днем или завтра утром они пойдут в Институт судебной медицины на опознание тела…
— Вместе?
— Меня бы это удивило. Они пойдут порознь. Я сказал и той и другой, что они могут заняться похоронами. Обе очень боятся журналистов и фотографов… Если вы со мной согласны, я все устрою так, чтобы не предавать огласке этот аспект дела…
— Разумеется. Я понимаю этих женщин. У вас до сих пор нет никаких соображений насчет того, кто мог совершить это убийство?
— До сих пор не появилось никакого следа. Думаю, что такого одинокого человека мне не доводилось встречать за все время работы в полиции. Он не только жил один в заброшенном доме, где нет воды и электричества, но и неизвестно чем занимался.
— Что говорит медэксперт? Вивьен был здоров?
— Великолепное здоровье. Выглядел он лет на шестьдесят пять, но по документам ему было всего пятьдесят пять, и все его внутренние органы в отличном состоянии…
— Благодарю вас, что держите меня в курсе. Если я правильно понимаю, существует вероятность, что расследование затянется…
— Если не произойдет счастливый случай, не сработает фактор везения… Например, если бы мадам Вивьен нарушила свое молчание, думаю, мы многое бы узнали."
"Мегрэ вернулся к себе в кабинет и попросил соединить его с Институтом судебной медицины.
— Алло!.. Не могли бы вы мне сказать, приходила ли некая мадам Вивьен опознать тело своего мужа?
— Она ушла с полчаса назад.
— Нет никаких сомнений, что это он?
— Она его сразу узнала.
