9
0
Чаще всего на улицах попадались туристические автобусы всех цветов и всех стран, которые непременно останавливались в одних и тех же местах и выплевывали своих пассажиров: Нотр-Дам, Лувр, площади Согласия и Звезды, церковь Сакре-Кёр и, разумеется, Эйфелева башня.
На улицах услышанная вдруг французская речь вызывала удивление.
Директор уголовной полиции тоже находился в отпуске, так что начальники отделов были избавлены от неприятной обязанности являться к нему на ежедневный доклад. Почта была немногочисленной, а самыми распространенными преступлениями — кражи с прилавков.
Из оцепенения комиссара вырвал телефонный звонок. Он снял трубку.
— Комиссар I округа просит поговорить с вами лично… Соединить?..
— Да, соедините.
Мегрэ хорошо знал этого офицера — несколько манерного, всегда одетого с иголочки, очень хорошо воспитанного; до поступления на службу в полицию тот несколько лет работал адвокатом.
— Алло!.. Аскан?..
— Не помешал?
— Времени у меня полно…
— Я вам звоню, поскольку подумал, что свалившееся на меня дело может заинтересовать вас лично…
— О чем идет речь?
— Убийство… Но не обычное убийство… Объяснять слишком долго… Вы когда освободитесь?
— Прямо сейчас.
— Прошу прощения, что назначаю встречу в моем кабинете, но это случилось в глухом тупике на краю Центрального рынка.
Шел 1965 год, и парижский Центральный рынок еще не перевели в Ренжис.
— Я буду в комиссариате через несколько минут.
Мегрэ позволил себе поворчать, как человек, которого отрывают от важных дел, но в действительности радовался возможности вырваться из рутины последних дней. Он прошел в кабинет инспекторов. В обычной ситуации он взял бы с собой Жанвье, но сейчас надо было, чтобы на набережной Орфевр остался человек, пользующийся его полным доверием и способный на инициативу.
— Пойдемте со мной, Торранс… Возьмите во дворе машину…
Комиссариат I округа находился неподалеку, на улице Прувер. Мегрэ сразу прошел в кабинет комиссара Аскана.
— Вы увидите одно из самых ошеломляющих зрелищ, какие мне когда-либо доводилось видеть. Не хочу вам ничего говорить заранее. Так, Торранс, машину лучше оставить здесь… Это в двух шагах…
Они обошли рынок, вонь которого, особенно в такую жару, была очень сильной, но работа здесь не замирала, несмотря на период отпусков. Они шли маленькими узкими улочками, где стояли магазинчики и в большей или меньшей степени подозрительные дома с меблирашками. По улицам слонялись несколько клошаров, а одна совершенно пьяная нищенка держалась за стену, чтобы не упасть.
— Сюда…
Они пришли на улицу Гранд-Трюандри, и Аскан углубился в переулок, до того узкий, что по нему не мог бы проехать грузовик.
— Тупик Вьо-Фур, — объявил он.
