9
0
— Ты хорошо доехал?
— После твоего провансальского вина я спал как дитя.
— Ты догадался, почему я звоню?
— Что с ним случилось?
— Сегодня в семь утра его вытащили из воды в порту.
— Нож?
— Нет, пуля, калибр тридцать восемь, в середину лба."
"Они замолчали, погруженные в свои мысли.
— Ты дал ему хороший совет возвратиться в Париж вместе с тобою. Он хотел всех перехитрить. Думал, что ты его обманываешь, несмотря на все, он что-то вытянет из этой истории.
— Полагаю, Джиованни ни в чем не замешан.
— Он был осторожен. Я уверен, что убийца даже не знал, на кого работал. Инструкции он получил от доверенного посредника.
— Ты кого-нибудь подозреваешь?
— Да, на побережье есть человек двадцать, способных на такой номер. Возможно, что пригласили кого-то из Ниццы, или из Канн, или из Марселя. Этого типа, конечно, уже нет в Тулоне. Наверняка его никто не видел. Не сомневаюсь, что он когда-нибудь нам попадется, может быть, через четыре-пять лет, по совершенно иному делу.
— Что нашли в карманах?
— Ничего особенного. Две тысячи франков в бумажнике, паспорт, автомобильные права. В машине, стоящей перед гостиницей, ее технический паспорт. Мелочи… ключ…
— Пришли мне ключ.
— Сейчас это сделаю.
— Чемодан открыл?
— Второй костюм — в черно-белую клетку, белье. Никаких документов. Книга в пестрой обложке.
— Не было записной книжки с номерами телефонов?
— Нет. Но возможно, кто-то меня опередил. По мнению врача, смерть наступила в час ночи.
— Клаудин не сердится на меня?
— Почему она должна сердиться?
— Из-за меня было испорчено воскресное утро.
— Она на кухне. Говорит, чтобы я передал от нее привет тебе и жене.
— Ты видел Боба?
— Нет. Надеюсь, такая судьба его не постигает. Было бы жаль, ведь он вел себя очень порядочно.
— Мне кажется, что он очень нужен Джиованни.
— Я подумал о том же. Ему нужен человек, выполняющий роль связника с гангстерами.
— А Боб прекрасно для этого подходит, правда?
— Ну, всего хорошего!
— Тебе тоже. Ты мне очень помог.
Мегрэ положил трубку.
— Плохие новости? — спросила госпожа Мегрэ, видя его нахмуренное лицо.
— Как профессионал, я должен сказать, что новость прекрасная. В Тулоне убрали одного типа, и благодаря этому не надо будет ставить его перед судом. Это альфонс, который жил за счет пятидесятилетней женщины. Он был, по крайней мере, соучастником преступления, если сам его не совершил.
— Ты имеешь в виду старую даму?
Старая дама в шляпке и белых перчатках. Да. Снова он увидел ее, когда она появилась внезапно перед ним на тротуаре набережной Орфевр, устремив на него глаза, полные восхищения и надежды.
Она мертва. Марсель тоже мертв, а предмет, который он так упорно искал, тот револьвер, лежавший попросту в ночном шкафчике, утрачен навсегда.
