9
0«Я надеялась, что вы сможете сообщить мне что-нибудь о моем муже. Вот уже два месяца, как он исчез». — «Отчего же вы раньше не пришли?» — «Я решила, что он никуда не денется и в конце концов вернется домой. А теперь деньги у меня на исходе…» При этих словах вошел Шабю, оглядел ее с ног до головы и бесцеремонно обратился ко мне: «Это кто?» — «Госпожа Пигу». — «Что ей нужно?» — «Она думала, что ее муж все еще служит у нас. Оказывается, он исчез». — «Черт возьми!» — «В течение нескольких месяцев после увольнения он вручал жене сумму, равную его жалованью». Шабю повернулся к просительнице: «И вы ничего не замечали? Я не знаю, где ваш муж брал все это время деньги, но полагаю, что доставались они ему нелегко. Итак, вам неизвестно, что он оказался вором? Мелким воришкой, который уверял вас, что получил от меня прибавку? Коль он перестал приходить домой, значит пошел ко дну». — «Что вы хотите сказать?» — «Можно продержаться на поверхности месяц-другой. Но наступает минута, когда тебя засасывает окончательно. — И обратившись ко мне, добавил: — Не могли бы вы нас оставить, Анна-Мари?» Я прекрасно знала, что сейчас произойдет. Мне стало противно. Я вышла во двор подышать воздухом, а через полчаса увидела, как госпожа Пигу уходила. Она отвернулась, но я успела заметить, что губная помада размазана у нее по щеке.
Мегрэ молча набил трубку, раскурил ее и только потом тихо произнес:
— Позвольте мне, детка, задать вам нескромный вопрос, не относящийся к делу. — Она с беспокойством посмотрела на него. — Почему же вы, зная, какой это человек, продолжали с ним интимную связь?
Сначала она отнеслась к его словам легкомысленно:
— Он или другой… Кто-нибудь ведь нужен… — Но тут же добавила более серьезным тоном: — Со мной он был совсем не таким. Со мной ему не нужно было пускать пыль в глаза, фанфаронить. Напротив, он не скрывал своей уязвимости. «Может, это потому, — говорил он, — что ты не расчетлива. Ты еще девчонка и даже не пытаешься воспользоваться нашей связью…» Он очень боялся смерти. Видимо, предчувствовал, что с ним это должно случиться: «Может, черт возьми, кто-нибудь из этих презренных людишек и взбесится!» — «Зачем же вы делаете все для того, чтобы вас ненавидели?» «Потому, что я неспособен внушить к себе любовь. А раз так, то пусть меня хоть ненавидят». — И она закончила уже не так оживленно: — Вот и вся история. Больше я ничего не слышала о Пигу и не знаю, что с ним сталось. Мне сначала даже в голову не пришло вам о нем рассказывать. Ведь все это — дело прошлое. Но вот вчера в кино я вдруг вспомнила про эту пощечину.
Поговорив с Кузнечиком, Мегрэ спустился по лестнице. В бухгалтерии Лапуэнт беседовал с молодым человеком в темном, плохо сшитом костюме.
— Знакомьтесь, патрон. Это господин Жак Риоль.
