15
0В таком случае не буду посылать вас натощак через весь город… Сделаем так… Начинайте утром, около половины одиннадцатого, у Гран-Гриль… Там вы найдете стулья для отдыха, а если пойдет дождь, то вас укроет просторный застекленный холл… И три раза, через каждые полчаса, вы будете выпивать по стакану как можно более горячей воды… Вечером, около пяти часов, вы проделаете то же самое у источника Шомель… Не удивляйтесь, если на следующий день почувствуете себя немного усталым… Это проходящий эффект лечения… Впрочем, мы с вами еще увидимся…
Давно миновало то время, когда Мегрэ был всего лишь новичком, путавшим один источник с другим.
В иные часы все маленькие желтые стулья вокруг музыкальной беседки в парке были заняты, и каждый, сидевший на них, только и ждал минуты, чтобы пойти принять свою вторую, третью, четвертую дозу.
Мегрэ, как и другие, купил стаканчик с нанесенными на нем делениями, и мадам Мегрэ настояла на том, чтобы и ей приобрели такой же.
— Но ты же не будешь проходить курс лечения?
— А почему бы и нет? Чем я рискую? Я прочла в рекламных буклетах, что от этих вод худеют…
Стаканчики в футлярах из плетеной соломы мадам Мегрэ носила на ремне через плечо, подобно тому, как завсегдатаи бегов таскают свои бинокли.
Никогда они так подолгу не гуляли вдвоем. В девять утра уже выходили из отеля, и, если не считать разносчиков товаров, никого не встречали на мирных улицах квартала, в котором жили, квартала Франс, расположенного неподалеку от источника Селестен.
В нескольких минутах ходьбы от отеля находился детский парк с неглубоким бассейном, качелями, площадками для всевозможных игр и даже с кукольным театром, более крупным, чем тот, что на Елисейских полях.
— У вас есть билет, месье?
Они заплатили по франку, прошлись под деревьями, глядя, как резвятся полураздетые дети, и вернулись туда вновь на следующий день.
— Если вы купите книжечку из двадцати билетов, то вам это обойдется дешевле…
Мегрэ не решился. Это было бы слишком преднамеренно. Они же зашли в парк случайно. Только по привычке, от нечего делать, они возвращались сюда в один и тот же час.
Частенько останавливались у площадки, где состязались игроки в шары, и Мегрэ внимательно следил за двумя или тремя партиями, каждый раз находя под тем же деревом высокого худого мужчину с одной рукой, который, несмотря на увечье, бросал шар лучше остальных.
В другой команде выделялся изысканно одетый розоволицый мужчина, с южным акцентом и седыми волосами, который играл с таким достоинством, что остальные называли его сенатором.
