16
0Вчера утром я получил анонимное письмо, извещающее о возможно готовящемся преступлении.
- Уж не у Эмиля ли? Голос звучал насмешливо.
- Нет. Но рассказывать, как мы добрались до квартиры вашего брата, заняло бы слишком много времени. Как бы то ни было, я еще раньше получил послания, написанные в его доме, на его бумаге, от которой отрезали верхнюю часть с фамилией и адресом.
- Ну, наверно, брат успокоил вас? Это проделки Гюса, не так ли?
- Насколько мне известно, ваш племянник не привык дурачиться.
- Это верно... и на Бэмби тем паче не похоже... Не знаю... Может быть, курьер Бол? Или горничная?
- В последнем письме, которое я получил, меня предупреждают, что преступление вот-вот совершится.
- А вы сами, господин комиссар, верите этому?
- Да ведь я только вчера познакомился с этим домом...
- Что говорит Эмиль? Наверно, не придает значения.
- В том-то и дело, что он не так легко отнесся к письмам. У меня даже сложилось впечатление, что он поверил в грозящую опасность.
- Кому же она грозит?
- Может быть - ему...
- Да кому же придет в голову напасть на брата? И почему? Помимо своего конька - борьбы за пересмотр статьи шестьдесят четвертой, он самое безобидное и славное существо на свете.
- Да, он просто очаровал меня... Но вот вы сказали о его коньке... Как невропатолог вы не считаете, что это переходит в манию?
- В медицинском смысле слова - конечно, нет.
Тон стал суше - доктор понял, что подразумевал комиссар.
- Короче говоря, вы спрашивали, считаю ли я брата психически нормальным?
- Ну, это слишком сильно сказано...
- Вы установили наблюдение за домом?
- Да, там дежурит один инспектор.
- А не обращались ли к брату за последнее время какие-нибудь подозрительные клиенты?.
- Он мне не говорил про свои дела, но мне известно, что даже сегодня у него были на приеме два судовладельца - из Греции и Голландии.
- К нему приезжают даже из Японии... Ну что ж, будем надеяться, что все это - ерунда... У вас есть еще вопросы ко мне?
Комиссару приходилось тут же выдумывать вопросы, а там, в Ницце, невропатолог, наверно, любовался Английской набережной и синевой бухты Ангелов.
- Что вы можете сказать, доктор, о психической уравновешенности вашей невестки?"
"- Конечно, я не повторю это на суде, если попаду в свидетели - будь все женщины, как она, я остался бы холостяком!
- Я спросил о психической уравновешенности.
- Я прекрасно понял вас. Допустим, что она - человек крайностей, и добавим справедливости ради, что она же первая и страдает от этого.
- Могут быть у такой женщины навязчивые идеи?
- Вполне. При условии, что эти идеи основываются на реальных фактах и не противоречат действительности.
