Весь Мегрэ. Том 3

и все ""Голубчик Бод""... Да что быть на побегушках, что клеить марки...

- Какого вы о ней мнения?

- Может быть, выведу ее в пьесе.

- Что она - незаурядная личность?

- Здесь нет заурядных. Все они чокнутые.

- И патрон тоже?

- Он человек умный, это несомненно, иначе он не мог бы заниматься своим делом. А все-таки - чудак. Загребая такую уйму денег, уж мог бы он найти занятие поинтереснее, чем торчать день-деньской за письменным столом или рассиживаться в кресле. Не здоровяк, правда, но это ведь не мешает ему...

- Вы знаете о его отношениях с мадемуазель Ваг?

- Все знают. Да ведь он мог бы завести себе дюжину таких, а то и сотню.

- А как у него с женой?

- Как? Ну, живут в одном доме, встречаются в коридоре, будто прохожие на панели... Мне пришлось как-то зайти в столовую, когда они завтракали - принесли срочную телеграмму, а я был здесь один. И что же, все сидели молча, как незнакомые люди в ресторане.

- Видно, они вам не по душе?

- Да что вы! Мне, можно сказать, даже повезло - прямо готовые персонажи!

- Комические?

- И комические, и трагические зараз. Все как в жизни.

- Вы слышали про письма?

- Конечно.

- Как по-вашему, кто мог их написать?

- Да кто угодно.

- Значит - вы?

- Да мне и в голову не приходило.

- Барышня хорошо к вам относится?

- Бэмби? - Он пожал плечами. - Боюсь, что встреться мы с ней на улице, она даже не узнает меня. Когда ей понадобится бумага, ножницы или что другое - приходит сюда, молча берет что надо и уходит.

- Гордячка?

- Может, и нет. Может, нрав такой.

- А как вы полагаете, может здесь произойти какая-нибудь драма?

Он снова посмотрел на Мегрэ невозмутимыми синими глазищами.

- Драма может произойти где угодно. Вот, в прошлом году выдался как-то солнечный денек, как сегодня.

Улицу переходила славная такая старушенция и - угодила под автобус, прямо против нашего дома... А ведь за несколько секунд до этого у нее и в мыслях не было...

Послышались стремительные шаги. Дверь распахнулась, и на пороге появился мужчина лет тридцати, среднего роста, брюнет.

- Входите, мосье Тортю.

Он был с портфелем, и вид у него был важный.

- Если не ошибаюсь, комиссар Мегрэ?

- Не ошибаетесь.

- Ко мне? Давно меня ждете?

- Да, по правде сказать, я никого не ждал.

Довольно красивый малый. Правильные черты лица, темноволосый, смелые глаза.

- Присаживайтесь, - предложил он, подходя к столу и кладя на него портфель.

- Спасибо, я уже насиделся сегодня. Мы тут болтали с вашим молодым коллегой.

Слово ""коллега"" уязвило Рене Тортю - метнул на швейцарца сердитый взгляд.

- У меня было важное дело в суде.

- Знаю. Вам часто приходится выступать?

- Всякий раз, когда не удается добиться соглашения сторон. Мосье Парандон редко выступает сам. Мы подготавливаем дела заранее, а затем мне поручают...

- Понятно.