— Иди к себе, — сказал он ему, — запишешь показания мадемуазель.
Голлан вскочил как ужаленный.
— Вы и ее привезли сюда?
— Успокойтесь, мосье Голлан, это другая, совсем другая. Была бы ваша — я сказал бы: «допросишь эту особу». Вот так-то. Кстати, вы все еще не вспомнили, кто такой Хобсон по кличке Лысый Стэн?
— Я отказываюсь отвечать на ваши вопросы.
— Воля ваша. Садитесь. Сейчас у меня будет телефонный разговор, и вам, пожалуй, стоит его послушать. Соедините меня, пожалуйста, с господином Норрисом Йонкером с авеню Жюно. Господин Йонкер? Говорит Мегрэ.
С тех пор как мы расстались, я нашел ответы на многие из тех вопросов, которые вам задавал, — правильные ответы, учтите! Сейчас, например, в моем кабинете сидит мосье Голлан. Он недоволен, что его побеспокоили, и все еще не знает, где его машина. Да, желтый «ягуар». Тот самый, который стоял вчера у вашего подъезда и в котором вчера же в десять часов вечера двое неизвестных увезли вашего квартиранта. Вот именно, вашего квартиранта. Как говорят, в довольно жалком виде: на ногах — ни носков, ни ботинок… Слушайте меня внимательно, господин Йонкер.
Я имею все основания немедленно или самое позднее завтра утром арестовать вас за незаконные торговые операция. Какие? Вы знаете сами какие. На всякий случай ставлю вас в известность, что ваш дом под наблюдением полиции. Вам все понятно? Так вот, попрошу вас явиться сюда как можно скорее вместе с мадам Йонкер. Мы продолжим нашу сегодняшнюю беседу. Если ваша супруга откажется ехать, скажите ей, что нам о ней решительно все известно. Не исключено, что, кроме мосье Голлана, она встретит у нас и некоего Хобсона — он же Лысый Стэн.
Помолчите пока, господин Йонкер! Говорить будете потом и, поверьте, очень скоро. Вы уже замешаны в деле о подлогах; это, конечно, неприятно, но соучастие в убийстве куда хуже, не правда ли? Думаю, что вы не знали о задуманном покушении на инспектора Лоньона, возможно, не знал об этом и мосье Голлан. Но боюсь, что сейчас в эти минуты готовится еще одно преступление, прямым соучастником которого вы рискуете стать! Речь идет о человеке, которого вы держали у себя взаперти. Вы еще спрашиваете, где он! Это вы мне скажите, кто и куда его увез.
Нет! Не когда подъедете, а сейчас по телефону, немедленно, слышите, господин Йонкер!
До его слуха донесся женский шепот. Видно, Мирелла шептала что-то мужу на ухо. Что она там ему советует?
— Клянусь вам, господин Мегрэ…
— Повторяю, время не терпит!
Вскоре в трубке снова раздался голос Йонкера:
— Улица де Берри, 27-бис, Марио де Лючиа. Он и увез Фредерико…
— Фредерико — это художник, работавший в вашем ателье?
— Да. Фредерико Палестри.
— Так жду вас, господин Йонкер.
27
0
