27
0
— Этот вот господин, — сказал он, тыча пальцем в Люка, — действительно потревожил меня в самый неподходящий момент — я был с дамой!
Мегрэ подал Люка знак выйти из кабинета.
— Весьма сожалею, господин Голлан. Но о вашей, гм, даме, право, не стоит волноваться. Неприятности подобного рода в ее профессии, увы, дело обычное.
Искусствовед проглотил пилюлю.
— Я полагаю, речь пойдет о моей машине? — спросил он.
— Машина ваша — желтый «ягуар», не так ли?
— Была моя.
— То есть как «была»?
— А так. Сегодня утром я лично заявил в полицейском комиссариате первого района, что ее угнали.
— Где вы были вчера вечером, мосье Голлан?
— У мексиканского консула, в его доме на Итальянском бульваре.
— Вы там ужинали?
— Да, вместе с доброй дюжиной других приглашенных.
— В начале одиннадцатого вы еще были там?
— И в начале одиннадцатого и даже в два часа ночи, можете в этом удостовериться, если хотите, — резко сказал Голлан и, бросив недоуменный взгляд на поднос с пивом и бутербродами, добавил:
— Нельзя ли узнать, наконец, в чем дело?
— Одну минуту. Я тоже спешу, даже больше вас, поверьте. Тем не менее давайте уточним все по порядку.
— Нет. Вы лучше меня знаете, что места для машины там не найдешь!
— Где вы видели в последний раз свою машину?
— На площади Вандом, на стоянке отеля «Риц». Оттуда до дома моего друга консула всего несколько сот метров.
— Во время ужина вы никуда не отлучались?
— Нет.
— Вам не звонили туда?
Он заколебался, словно удивившись, что Мегрэ это известно.
— Да, звонила женщина.
— Женщина, имени которой вы не хотите называть, так? Это была мадам Йонкер?
— Может быть, и так, я действительно знаком с Йонкерами.
— По дороге в отель вы заметили, что вашей машины нет на стоянке?
— Я возвращался не через Вандомскую площадь, а по улице Камбон — захотелось пройтись."
"— Вы знаете некоего Стэнли Хобсона?
— Вот что, господин Мегрэ, я не отвечу больше ни на один вопрос, пока не узнаю, в какое дело вы пытаетесь меня впутать.
— Случилось так, что некоторые из ваших друзей попали в затруднительное положение.
— Кто именно?
— Скажем, Норрис Йонкер. Если не ошибаюсь, вы для него покупали и продавали картины?
— Я не торгую картинами.
— Без комиссионных?
— Вас это не касается! Это дело финансовых органов моей страны.
— Разумеется, вы понятия не имеете, кто мог украсть вашу машину? Вы вынули ключ?
— Нет, я всегда кладу ключ в отделение для перчаток.
