2
0Рукоять какого-то то ли ножа, то ли кинжала, горлышко походной бутыли-фляжки и перчатки. Именно их перевертыш достал, быстро надел и переложил мешочки с серебром в саквояж. Надо же, какие предосторожности. Затем он кинул перчатки внутрь и захлопнул саквояж.
— Короче, спасибо тебе, — сказал я, протягивая руку.
Перевертыш поглядел на меня, правда, из-за образа сложилось ощущение, что он флиртует. Интересно, а если заняться сексом с нечистью, когда он будет женщиной, то… Фу, Мотя, о чем ты думаешь?
— Тебе спасибо, — ответил доппельгангер и внутри меня колыхнулся хист. Не сильно, но тут важен сам факт. А затем он пожал руку.
Так бы нам и разойтись, на прекрасной и позитивной ноте, однако перевертыш решил все испортить.
— Ты очень хороший человек, Матвей. И очень плохой рубежник. Даже жаль.
И пошел прочь по ночной трассе, бодро виляя бедрами. Полуголая девица со старинным кожаным саквояжем. И не обернулся ни разу. Я так и стоял, глядя ему вслед, как завороженный. И лишь перестал смотреть, когда мимо пронеслась машина, блеснув красным светом фонарей, и остановилась возле нечисти.
— Зря так отпустил, сс… — пробормотала Юния.
— Помолчи хоть сейчас, — сказал я, глядя, как перевертыш садится в машину.
Мне казалось, что брать попутчиком ночью красивую полуголую девицу намного опаснее, чем бритого урку. У нормального человека точно бы возник вопрос — откуда она здесь взялась?
Я сел обратно в машину, растирая виски пальцами. А потом посмотрел по навигатору — куда мне хочется отправиться. По поводу «хочется» — это я пошутил. Скорее, именно сейчас, в темень, переться к Вуоксе не было никакого желания. Но что тут делаешь? Все начатое нужно доводить до конца. Жалко, конечно, что перевертыш меня покинул. Но тут он прав на все сто. Свою часть договора доппель выполнил.
До владений третьего по силе водяного (а ныне уже второго) я ехал долго, почти час. Во-первых, начнем с того, что и путь был неблизкий. Во-вторых, не хотелось гнать ночью и пополнять удручающую статистику ДТП. Зато постепенно отступил голод. Что до жажды — в машине еще валялась та бутылка минералки, купленная Витей. В общем, жить можно.
Такое ощущение, что организм понял — ничего хорошего со мной ловить не приходится, поэтому стал приспосабливаться. Действительно, я же рубежник, в конце концов. Я почти как супергерой, только трусы поверх одежды (потому что не гигиенично) не ношу и плаща, который развевается на ветру, у меня нет."
"Так я добрался до Лесогорского, если верить указателям. Лишь поехал не в сторону Светогорска, а напротив, только переехав Вуоксу, сразу повернул направо. Мелькнули во тьме дома, пахнуло дымом, где-то лениво, отрабатывая вечерний ужин, забрехала собака. Правда, тут же все прекратилось, вновь уступив власть природе.
