0
0И до конца жизни ее – а прожила она куда дольше, чем следовало бы, но уж очень бабушка к ней привязалась – они оба хранили нейтралитет.
– Но может, как-нибудь потом… ма-аленькую, – Катарина показала, насколько маленькую. – Рыженькую. Или беленькую… чтобы мурлыкала и спала со мной.
Кайден моментально отказался от мысли о подобном подарке. Если дом он был готов разделить с кошкой, то в постель не собирался впускать никого. Кроме себя.
– И потом еще одну… и еще… буду выходить по утрам и пить чай. Без сливок. Без церемоний. Ненавижу церемонии… вот… но с кошками. Гладить стану. А они мурлыкать…
– И таскать тебе дохлых мышей.
– Зачем?
– Для порядка.
– А… если так, то ладно, – Катарина поморщилась. – Дохлые мыши всяко лучше дохлых мужиков.
Кайден насторожился.
– Не то чтобы я не понимала… хуже всего, что я понимаю, но ведь все равно противно! Вода бульк – и все… и получается, что так любого можно?
– А есть кого?
– Кузенов…
Каких еще, мать его, кузенов?
– Они меня делят, как… как отец… тот тоже… будто у меня своей головы нет… хотя сейчас нет, кружится со страшной силой. Это из-за меда твоего?
– Да.
– Завтра еще дашь?
– Нет.
– Почему?
– Закончился, – соврала женщина, убирая флягу. – А на кузенов твоих мы управу найдем. Если надо, то болото глубокое.
– Я не хочу за них замуж. Ни за одного. Ни за второго. И вообще… ни за кого!
Кайден погладил теплый бутон, дав себе слово, что завтра заглянет в гости. Где-нибудь ближе к вечеру. Там ведь гроза, а какой воспитанный человек погонит гостя в грозу?"
"Заглянет. И посмотрит на этих самых кузенов. Болото и вправду глубокое.
– И трупы таскать больше не хочу… не королевское это дело – посторонние трупы в болоте топить.
Женщина обернулась и посмотрела на Кайдена. А он понял, что ему просто позволено было стоять здесь и слушать. И слегка наклонил голову.
– Совершенно не королевское… какое счастье, что я больше не королева… – Катарина с трудом поднялась. – Но чтобы… больше никаких… трупов… а то ведь… и привыкнуть можно. Что-то мне подсказывает, что к трупам привыкать – плохо… да… ты поможешь? А то, кажется, я прямо здесь усну…
Цветок медленно раскрывался.
А стоило раскрыться, как белоснежные лепестки побурели и осыпались пухлым пеплом. И это было нехорошо. Очень нехорошо.
Много хуже, чем посторонний труп в болоте.
Трупы, если подумать, дело житейское. В отличие от тварей с изнанки, что с несвойственным им прежде упрямством пытались прорваться в мир яви.
Глава 14
Дуглас спать любил.
И Кайдену было даже несколько неловко, что этот сон, такой глубокий и сладкий, если Дуглас так и не ощутил постороннего присутствия, придется нарушить.
