0
0Стало быть…
Глава 34
На женской половине дома царили ароматы. Духов. Притираний. Сандала и розы. Драгоценных масел. Розовой соли. И темной густой грязи, которая, поговаривали, весьма благотворно сказывается на цвете лица.
Мягкие ковры лежали здесь плотно, часто в два слоя, надежно укрывая холод каменного пола. Тяжелые ткани укутывали стены, будто здесь вдруг самому дому стало зябко.
Цвета… тяжеловатые.
Темный пурпур. И позолота. Много позолоты. Она вилась под потолком, переползала на тяжелые рамы картин, обживала каминные полки, пятная что фарфоровых пастушек, что стада их.
Плотно закрытые ставни. Огонь в камине.
– Она всегда мерзла, – будто оправдываясь, произнес наместник. – Она всегда жаловалась, что ей холодно.
Меховые покрывала. И манто из чернобурки, будто оброненное посреди комнаты. Здесь же – станок для вышивания, корзинки и нитки. Игла воткнута в подушечку, и от нее тянется розовый шелковый хвост. Ощущение, будто хозяйка на мгновение вышла и вернется. Нужно лишь подождать.
Кайден распахнул окна, впуская свежий воздух.
– Расскажите о ней, – попросил он.
И наместник вдруг осел в ближайшее кресло:
– Так… она достойная женщина. Очень достойная. Мне повезло… наверное… не знаю.
Тонкие пальцы его уперлись в виски. Рот приоткрылся, и на нижней губе вспух пузырь слюны, на что лорд Тирби не обратил ни малейшего внимания. Теперь опутывавшая его магия стала ощущаться явственее. И Кайден поморщился: надо же было так ошибиться. И ведь главное, что встречались они не единожды. Как можно было не заметить такое?
– Знаете, мне кажется, она и вправду очень достойная женщина, – он обошел наместника, надеясь, что никак не потревожил то создание, которое замерло, будто поджидая, совершит ли Кайден ошибку.
Оно походило на паука, если бы там, на изнанке, водились пауки.
– Всегда ею восхищался.
– Да, да, – поспешно согласился лорд Тирби. – Все ею восхищаются.
– Несомненно.
Паук почти воплотился.
Может, в этом и дело? Их встречи проходили на мужской половине, где магии почти нет, и тварь сидела тихо. А Кайден не слишком приглядывался.
Ему ведь не нравился этот человек. Категорически. Впрочем, он не нравился ему и сейчас.
– Она много делает для города… и для людей…
– Да, да… этот ее приют…
– Какой?
Лорд моргнул, а тварь зашевелилась. Осторожней, они опасны. И весьма чувствительны. И разумом обладают, пусть и совершенно иного толка.
– Я бы хотел сделать пожертвование на благое дело. Но хотелось бы знать…
– Для девочек, – наместник ожил. – Знаете, она всегда была так внимательна к сиротам… даже из простонародья, хотя этого я, честно говоря, не понимаю.
К нему возвращалась прежняя маска.
– Но если Эмилии хочется, то пускай… правда, она жаловалась, что дом, где приют разместился, стал тесен.
