Варвар для особых поручений

Голова то и дело кружилась, особенно когда он начинал делать резкие движения или сильно напрягался физически. Была в его просьбе и ещё одна причина. Он хотел проверить парня, дав ему чуть больше возможностей и свободы передвижения.

Помолчав, Рольф старательно обдумал просьбу Вадима и, крякнув, проворчал, снова берясь за кувалду:

— Ладно, сделаю. Но было бы лучше, если б ты мне этих дурных показал.

— Ещё чего?! Чтобы ты из них ремней нарезал? — фыркнул Вадим.

— Зато другие не полезут, — огрызнулся гигант.

— Ага, а нам с ярлом и кормчим снова головы ломать, как свару в клане остановить.

— Думаешь, этот бычок другой? — усмехнулся в ответ Рольф. — Не надейся. Такой же азартный в бою будет.

— Знаю. Потому и дрессирую его, словно пса бойцового. Чтобы хозяйский голос в любом грохоте услышал, — откровенно признался Вадим.

Удивлённо покосившись на побратима, гигант выглянул на улицу и, позвав парня обратно, принялся молча сбивать с его запястий кандалы. Оставив только ошейник, он молча отпустил Гюльфи и, проверив на нём заклёпки, криво усмехнулся:

— Что, голыми руками порвать пытался?

Смущённо тронув металлический брусок, который гигант лично согнул, а потом и заклепал на его шее, парень молча кивнул.

— Чем скорее поймёшь, что не всё силой решается, тем проще тебе жить будет.

— Заклёпки толстые. Будь чуть поменьше, порвал бы, — упрямо прогудел парень.

— Вот я о том и говорю. Не считай остальных глупее себя. Я ведь твою силу знаю, под неё и ошейник делал, — наставительно усмехнулся Рольф.

— Ступай, подожди меня там, — решительно отослал парня Вадим, прервав их диалог.

Убедившись, что Гюльфи стоит достаточно далеко и слышать их не может, он повернулся к побратиму и удивлённо спросил:

— Ты это серьёзно про ошейник?

— Конечно. Ещё немного, и он его точно порвал бы, — пожал плечами гигант.

Припомнив, что на шее парня болтается брусок толщиной около полутора и шириной около трёх сантиметров, Вадим покачал головой и проворчал:

— Это сколько же у него дури в руках?

— Ну, в полную силу он ещё не вошёл, так что поменьше, чем у меня.

«Ни хрена себе ребёночек», — мысленно охнул Вадим и, обнявшись с побратимом, вышел из кузни.

Топтавшийся неподалёку Гюльфи сверкнул радостной улыбкой и, шагнув к нему, осторожно спросил:

— Это самое, Валдин, ты на меня и правда не сердишься?"

"— Вот поправлюсь, морду тебе своими руками набью, тогда точно прощу, — усмехнулся в ответ Вадим.

— А ты можешь меня этим своим штукам научить? — робко спросил Гюльфи.

— Каким штукам? — не понял Вадим.