В объятиях тьмы

Мгновение поколебавшись, она вложила оружие в его ладонь, и Вайпер нагнулся, чтобы спрятать оба пистолета в потайное отделение под креслом.

Поудобнее откинувшись на кожаную спинку кресла, он одарил Шей слабой улыбкой.

— Неплохо.

— Его вело вправо.

Он откровенно усмехнулся:

— Знаю.

Ее глаза сузились.

— Думал, я смогу повернуть его против тебя?

— А разве не возникло такой соблазнительной мысли?

— Вампира не убить из автомата.

— Там серебряные пули. По крайней мере ты могла меня серьезно ранить.

Глаза Шей сверкнули.

— Ты сказал, что доверяешь мне.

— Я успешно сражался за жизнь уже не одну сотню лет и понял, что могу и ошибаться. Я целиком и полностью следую правилу «Лучше перестраховаться, чем горевать».

— Мне бы не понадобился автомат, задумай я тебя убить, — прошипела она.

Глава 3

Шей была вовсе не глупа.

Она знала, что дразнить вампира — дело опасное. Это все равно что играть в русскую рулетку.

И в то же время уязвленная гордость просто отказывалась слушать голос разума.

К тому же Вайпер воплощал в себе все то, что она так не любила.

Он был слишком красив, слишком — просто безумно — богат и, что хуже всего, имел наглость быть слишком уверенным в собственной значимости.

В глубине души она завидовала этому холодному, исполненному достоинства высокомерию. Живи она хоть тысячу лет, никогда ей не приобрести такой уверенности в себе и такого ощущения превосходства.

Она всего лишь дворняжка. Наполовину демон, наполовину человек. Чужая и в мире демонов, и в мире людей. И всегда останется чужой.

Вампир устроился на своем сиденье, не сводя с нее пристального взгляда.

— Интересный разговор, киска. Несомненно, мы вернемся к нему и обсудим все в подробностях. Но в данный момент я бы предпочел поразмыслить, кто или что так отчаянно пытается наложить на тебя лапу.

— Не знаю, — честно ответила Шей. Она и понятия не имела, кто бы мог за ней охотиться. Всю жизнь она старалась держаться в тени, не привлекая к себе внимания. Только так можно было выжить.

— Насолила кому-то из предыдущих владельцев? — спросил он.

— Кроме Эвора, который владеет проклятием, моей единственной хозяйкой была Эдра. — Она поджала губы. — Пока не явился ты.

— Или, может, брошенный любовник?

Она почувствовала, что лицо заливает краска смущения. Глупо.

— Нет.

— Значит, нет брошенного любовника? — Его губы скривились в довольной усмешке, которую он не пытался скрыть. — Никого, чьи чувства ты оскорбила?

— Тебя не касается.

— Нет, очень даже касается, когда кто-то пытается меня убить.

Шей раздраженно дернула себя за косу, с вызовом глядя в его прекрасное лицо.

— Тогда верни меня Эвору.

— Ни за что.