В объятиях тьмы

О каких ужасах ты толкуешь?

— Не можешь просто поверить мне на слово?

— Нет.

Стикс дотронулся пальцем до медальона, висевшего на его шее. Это был древний ацтекский символ, с которым он не расставался.

— Ты сильно осложняешь мне задачу.

Вайпер непристойно хмыкнул:

— Стикс, это не я создаю проблемы. Я жил спокойно и счастливо с Шей, не беспокоя ни единой души. Это ты вовлек меня в свои грязные дела.

— Анассо отдал приказ. Лишь это имеет значение, — холодно возразил Стикс.

Черта с два!

Вайпер беспокойно заерзал на своем сиденье, едва сдерживая ругань, когда серебряные наручники впивались в запястья. Боль становилась все сильнее, подступая к тому порогу, за которым ее уже нельзя было игнорировать.

— Это ты взял в плен тролля, который владеет проклятием Шей?

— Нет. Он сумел улизнуть.

Вайпер задумался. Стикс может отвечать уклончиво или не отвечать вовсе, но лгать не станет. Так где же, черт возьми, Эвор?

Он перебирал в уме события последних дней. Значит, это Анассо решил завладеть Шей с самого начала. Все равно ничего не понятно.

— Чего вы хотите от Шей? Ее крови?

Стикс отвернулся к окну.

— Ее кровь означает жизнь.

Вайпер вздрогнул.

— Жизнь? Для кого?

— Достаточно, Вайпер. — Стикс угрюмо уставился на него. — Я уже сказал все, что намеревался.

По его тону Вайпер понял — действительно, он ничего больше не скажет. Он попытался не выдать своего отчаяния.

— Я никогда не понимал, почему ты присягнул Анассо, — сказал он безразличным тоном, как будто поддерживал светскую беседу. — Ты так яростно отстаивал собственную независимость.

Стикс пожал плечами:

— Шли годы, проходили века, и одного факта моего существования стало недостаточно, чтобы быть довольным жизнью."

"— Простое существование! — фыркнул Вайпер. — Ты был прославленным воином и вождем самого большого клана в истории вампиров. Участь, которой многие завидовали.

Темные глаза гневно сверкнули.

Как ни странно, Вайпер даже обрадовался, что вызвал такую бурю эмоций. Значит, где-то в глубине его души все еще жил тот Стикс, которого он знал и любил.

— Да, очень завидовали. Каждый дурак, мечтающий о славе, стучался в мою дверь, чтобы вызвать на поединок, — сказал он с горечью. — И года не проходило, чтобы мне не бросали вызов.

— Такова цена за право называться вождем, — возразил Вайпер. — Никто не обещал, что это будет легко.

— Я и не ищу легких путей и не боюсь трудностей. Но и крови больше не хочу. Мне надоело убивать себе подобных.

Против собственной воли Вайпер почувствовал прилив сострадания.

— Как и мне. Но это не объясняет, почему ты пошел в услужение.

— Мы все служим Анассо.

Вайпер покачал головой:

— Но не как личная охрана! Ты продал душу.

— Нет. — Он говорил тихо, почти шептал. — Я пытаюсь ее вернуть.