4
0На том порешали, и уже спустя несколько минут подруга с удовольствием уминала сдобную булочку с сахаром и изюмом, запивая ароматным кофе. Ирине же кусок в горло не лез. Она пребывала в растерянности. В некой прострации. Случившееся никак не укладывалось в голове. Девушке сложно было представить, что внутри нее кто-то есть.
«У меня там… ребенок! Его ребенок! Наш с ним…»
В горле встал болезненный ком. Сдавливал гортань. Мешал дышать.
Воображение перенесло ее в кабинет гинеколога, а память услужливо оживила образ врача, осуждающе качающего головой:
«Жених хоть есть? На первом-то курсе? Без образования? Без работы? Без мужа?»
Ира невольно смяла в руках ни в чем не повинную салфетку.
«Ты на аборт придешь, или рожать собралась?
…рожать собралась…
…рожать собралась…»
— Я не знаю! — сама от себя не ожидая, выпалила вслух.
Белова перестала жевать:
— Чего не знаешь?
— Нет, — бесцельно уставилась на свои руки, — ничего.
Дальше Ленка трещала без умолку, рассказывая то одно, то другое.
Всячески пыталась приободрить. Отвлечь. И Синицына была ей за это безмерно благодарна. Но поддерживать беседу в должной мере не могла.
В висках гудело, черепная коробка грозилась просто лопнуть от количества тревожных мыслей, сменяющих друг друга непрерывным потоком.
Спасением от них стал громкий звонок, знаменующий окончание пары.
Не сговариваясь, они направились к спортзалу (ибо основной кабинет Макарова располагался именно там) по боковой лестнице в надежде выловить его. И не ошиблись. Мужчина двигался решительным бодрым шагом в сторону пустующего кабинета. Заметив своих бывших учениц, а ныне действующих студенток, он сбавил скорость.
Остановился буквально в метре и задумчиво протянул:
— И почему не на медкомиссии?
— А мы уже всех врачей прошли! — отрапортовала Белова.
— Какие шустрые! — усмехнулся тот, внимательно разглядывая Ленку с ног до головы. И надо ж было тому случиться, что его взгляд она заметила.
— Чего Вы на меня так смотрите? — нахмурилась.
— Просто удивлен! — невозмутимо передернул плечами Виктор Эдуардович. — Впервые вижу тебя без боевого раскраса. Дите дитем!
— А ничего, что мне почти девятнадцать?
— Но выглядишь-то на все шестнадцать!
— Я…
— Вообще-то, мы к Вам по делу! — бесцеремонно вклинилась в диалог Ирина, устав наблюдать за их «междусобойчиком».
— Что с ним?
— Вы мне скажите!
Распахнув дверь кабинета, преподаватель жестом пригласил студенток войти внутрь. После чего направился к своему рабочему столу.
Плюхнулся в кожаное кресло и почти по локоть закатал рукава на рубашке.
— Несколько дней назад звонила его мать. Предупредила, что он будет отсутствовать по семейным обстоятельствам. Подробностей я не знаю.
Такой ответ ее совершенно не устроил.
