4
0Подняться к себе, не поздоровавшись с родителями, было бы верхом неуважения. Поэтому, скрипнув зубами от досады и стиснув ладони в кулаки, он медленно поплелся в сторону гостиной, последними словами проклиная всех представителей состоятельной верхушки их города. Его присутствие заметили не сразу, а лишь спустя три-четыре секунды. Но этой заминки оказалось достаточно, чтобы успеть пройтись недовольным ленивым взглядом по периметру комнаты.
«Да уж! Знатная толпа набежала!»
На помпезных диванах и креслах, исполненных в викторианском стиле, горделиво восседали так называемые «подруги» его сверхобщительной матушки, коих насчитывалось ни много ни мало девять человек.
— Здравия желаю! — хмыкнул он раздраженно, даже не пытаясь выглядеть дружелюбным. — По какому поводу назначен общий сбор?
Разговоры мигом стихли. Все взоры устремились в его сторону.
Первой из оцепенения вышла Васелина Анатольевна.
— Ах, сыночек! — снисходительно рассмеялась родительница, пытаясь сгладить неловкую ситуацию. — Разве нужен повод для встречи с такими замечательными людьми? Подойди ближе, родной! Ты как раз вовремя!
— Я бы с радостью разбавил вашу чисто женскую компанию, — улыбнулся через силу столь фальшиво, что скулы свело, — но, к сожалению, тороплюсь!"
"— Неужели я неясно выразилась, Вячеслав? — произнесла мать с укором.
Исключительно из-за любви к матери Красный прикусил язык и подчинился. Приблизившись, смачно чмокнул ее в щеку и опустился на диван справа от нее, по-родственному приобняв за талию.
— Познакомься, милый, — матушка жестом указала на парочку, которую ему действительно довелось увидеть впервые.
Слава скользнул по обеим гостьям долгим внимательным взглядом. Первая — взрослая, ухоженная. Вместе с тем холодная, как селедка, и надменная.
Вторая — темноволосая кареглазая брюнетка, примерно его ровесница. Избалованная и стервозная, судя по манере держаться, краситься и одеваться. В остальном же…
Ничего выдающегося. Ничего достойного.
— Приятно познакомиться! — прервал затянувшуюся паузу, прекрасно понимая, какой реакции от него сейчас ждут. — Наслышан о Дмитрии Васильевиче!
Лариса Игоревна расплылась в довольной белозубой ухмылке:
— Как о крупном и довольно успешном бизнесмене, полагаю?
— М-м-м! Нет! Скорее как о человеке, которого едва не посадили за финансовые махинации с бюджетными деньгами, когда он был еще у руля…
— Слава! — рявкнула мать, покрываясь багровыми пятнами. Не то от стыда, не то от ярости.
