24
0Но самым главным был интерес: что за бормотунчик, для чего он?
Бормотунчик тихо качнулся. Его нарисованная рожица, конечно, не изменилась, но в глазах и улыбке появилось что-то живое. Так, по крайней мере, показалось Яру. Он услышал бормотание, попискивание, лёгкий треск, шёпот. Словно включился маленький расстроенный приёмник. Бормотунчик закачался сильнее… И вдруг, перебирая ручками, двинулся по проволоке. Остановился у края очага. Прекратил качание, зацепившись ножками за камень. Не двинув угольным ртом, сказал картаво:
Раз-два-три-четыре-пять,Я иду искать.Если кто не спрятался,Я не виноват…Голос был механический, как у старинного магнитофончика.
— Какая-то незнакомая считалка,- проговорил Алька.
— Знакомая, — сказал Яр.
Бормотунчик шевельнулся и произнёс:
— С цифрой пять на медной бляшке, в синей форменной фуражке… Ну, что вам ещё?
— Сказку, — тихо попросил Игнатик и быстро оглянулся на Яра. — Какую-нибудь сказку про пятерых друзей…
В бормотунчике сильно зашелестело. Он опять покачался на тонких ручках. Сказал с металлической насмешливой ноткой:
— Сказок вам хватит и без меня. Смотрите, кругом такая р-романтика… Верно, Яр-р?.
Яр вздрогнул.
— Ты меня откуда знаешь?
Бормотунчик беспокойно задёргался:
— Я могу ответить только на один вопрос! На один. На втором — крак — разряжусь. Ты спрашиваешь? Это вопрос?
— Нет-нет, это не вопрос, не отвечай, — торопливо сказал Игнатик. И прошептал Яру: — Он про многое знает, бормотунчики все такие…
Бормотунчик вдруг пропел дребезжащим голоском:
Та-ра-ра, та-ра-ра,Очень странная игра,Непонятную считалкуБарабанщик бьёт с утра:Пять ворон,Один патрон,Сто врагов с пяти сторон.Барабанит, барабанит,А песок скрипит и ранит…Он резко замолчал.
И все молчали. Алька нерешительно хихикнул, но Данка цыкнула. Бормотунчик вдруг спросил уже без дребезжанья, чисто:
— Что, Яр, досмотрел свой сон?
— Какой сон? — с неожиданным и резким страхом спросил Яр.
— Это вопрос?
— Это вопрос, — жёстко сказал Яр.
— Тот сон, как вы лезете по обрыву… Не бойся, он доберётся. Может, ты не доберёшься, а он доберётся…
— О чём это он? — прошептала Данка.
— Да мало ли что… Они часто несут всякую дребедень, — отозвался Чита.
— Сам ты несёшь дребедень, — обиженно сказал бормотунчик.
— А зачем нам здесь ночевать-то? — удивился Алька.
— Разожг… — тонко крикнул бормотунчик. Дёрнулся и безжизненно повис на проволоке.
Игнатик досадливо обернулся к Альке:
— Ну вот, он разрядился… Зачем ты полез со вторым вопросом?
— Да это и не вопрос вовсе! Просто у меня вырвалось…
— Ладно, пойдём, — вздохнула Данка. — Всё равно он был какой-то странный."
"— Может, серебристых кристалликов мало в песке, — виновато сказал Игнатик.
