24
0
— Хватит, — сказал Братик тоном, очень похожим на Володькин.
И правда, веревочки хватило. В самый раз. Володька крест-накрест обвязал камень и крикнул, чтобы мы тащили.
— Тащим! А ты поднимайся!
— Я подожду! Вдруг еще камень понадобится!
Больше камни не понадобились. Булыжник с ямкой наверху словно специально для нас кто-то приготовил. Когда я положил в ямку жемчужину, клювы рычагов уткнулись прямо в нее.
Я нетерпеливо сдвинул их поближе.
Синяя змейка молнии проскочила раз, другой, опоясав белую горошину. Потом искры заплясали непрерывно. Жемчужина отбросила голубые зайчики, но не зажглась.
— Слабое напряжение, — сказал я.
— Значит, ничего не выйдет? — огорченно спросил Валерка.
— Не знаю. Вот если бы получилась вольтова дуга… Она даже металл плавит.
— А как сделать?
— Если бы графит был… Хотя бы карандашик!
— Может, у Володи есть? — сказал Братик.
Мы вспомнили, что Володька все еще ждет внизу и бросились на балкон. Володька стоял, задрав голову.
— У тебя есть простой карандашик? — крикнул я.
— Зачем?
— Для контактов!
— Это очень надо?
— До зарезу!
— У меня есть, только он в штормовке остался!
От досады я чуть не плюнул.
— Если надо, я сбегаю! — крикнул Володька.
«Сбегаю»! Будто за газетой в соседний киоск.
— Не валяй дурака! — громко сказал я и обернулся за поддержкой к Валерке. Но штурман Дэн непонятно молчал.
А Братик сказал умоляюще:
— Пусть сходит. Это же очень важно…
И сбросил вниз моток веревочки.
— Пошли тогда все вместе, — сказал я.
Валерка хмуро объяснил:
— Вчетвером — это в четыре раза дольше. А время лабиринта на исходе.
Я не понял насчет лабиринта. Понял только, что должен идти кто-то один.
— Но он же заблудится!
— Не так уж это сложно, — сказал Валерка и крикнул Володьке:
— Когда пойдешь вперед, держи за лунным зайчиком. А обратно…
— А обратно я по веревочке! Как Том Сойер в пещере! — откликнулся Володька.
Я увидел, как он привязал конец веревочки к якорному кольцу.
— Не хватит же! — крикнул я.
— Ой уж!.. — ответил снизу Володька и, разматывая шнурок, исчез среди скал.
Я приготовился ждать и тревожиться. Видимо, Третьей Сказке необходимы и такие минуты… Я стал смотреть, как опускается к морю солнце.
Ждать и тревожиться почти не пришлось. Володька вернулся стремительно. Я не видел, как он появился из-за скал, а сразу услышал гулкий топот на лестнице.
Володька шумно дышал. На нем была штормовка с темными звездочками дождя. От нее пахло сырыми листьями.
В первый миг я от радости чуть не облапил Володьку. Но сдержался и спросил, чтобы скрыть слишком явный восторг:
— Ну, все в порядке?
— Угу… — сказал Володька. — Васек, возьми карандашик.
