24
0Веревочка, размотавшись почти до конца, ослабла, потом снова натянулась и так несколько раз. Братик переглянулся Володькой и потянул ее назад.
— Мамочка! — не скрывая ужаса, вдруг завопил Володька. Торопливо стуча локтями и коленками по шпангоутам, он уполз на корму.
На конце веревочки не было уключины. Вместо нее, прицепившись клешней, висел громадный краб.
— Да не бойся, — со смехом сказал Братик.
— Ага, не бойся! Чудовище такое.
Краб в самом деле выглядел страшновато. Его туловище было размером с чайное блюдце, а клешни каждая с Володькину ладошку. Панцирь оброс ноздреватыми ракушками, среди которых запутались обрывки водорослей.
Но Братик бесстрашно, словно котенка, посадил его на колени. Ласково поскреб твердую крабью спину.
— Совсем не чудовище. Он добрый.
Краб далеко выставил на стебельках глаза-шарики и повернул их к Братику. Мне показалось, что с любопытством.
— Хороший… — снова сказал ему Братик и отколупнул несколько ракушек. Из-под них блеснула чистая эмаль панциря — голубоватая, с мраморными прожилками.
Крабы, конечно, не умеют улыбаться, но мне, честное слово, показалось, что этот смотрит на Братика с улыбкой.
Братик ему тоже улыбнулся. Потом сказал, не поднимая головы:
— Володька, иди сюда.
— Я что, псих?
Братик опять засмеялся:
— Иди, иди.
Володька вздохнул и, как был на четвереньках, двинулся навстречу страху.
Краб ждал, приподняв клешни.
— Смотри, он все понимает, — сказал Братик. И сунул мизинец в крабью клешню. Володька охнул и зажмурился. Краб чуть-чуть сдавил палец Братика и тут же отпустил. Это было похоже на ласковое рукопожатие.
Володька приоткрыл один глаз.
— Теперь ты, — сказал Братик. — Не бойся.
Володька жалобно оглянулся на меня.
— Давай, давай, — сказал я.
И Володька совершил подвиг: дал крабу свой мизинец. Потом, когда ничего страшного не случилось, он шумно подышал, сел, привалившись к борту, и вытер капли со лба.
— Молодец, — прошептал Братик. То ли Володьке, то ли крабу.
— Это очень умные звери, — объяснил мне Валерка. — Некоторые ученые пишут, что у больших крабов есть свой язык.
— Крабы все понимают, как люди, — сказал Братик. — Давайте мы его попросим что-нибудь найти.
— Давайте! — совсем по-ребячьи обрадовался штурман Валерка.
— А как это — попросим? — слабым голосом поинтересовался Володька.
— А вот сейчас…
Братик взял моток веревочки, наклонился над крабом и, немного смущаясь, проговорил полушепотом:
Житель моря, добрый краб,Ты наш друг, а не раб.Будь так добр, достань со днаТо, что спрятала волна.После этого он сунул крабу в клешню веревочку и отпустил его за борт. Мы увидели, как наш морской гость погружается в зеленую глубину. Белый шнурок потянулся за ним.
