24
0
Я стоял рядом с ним, прислонившись затылком к каменному столбу. Валеркины глаза недобро блестели. Я чувствовал, что он не просто так издевается над гвардейцами. Он сводит счеты за что-то.
Валерка не торопясь отправил в реку вторую шпагу. Гвардейцы уныло следили за ним. Валерка взял за конец третью.
— Не надо, — сказал я. — Оставь себе. Ты без оружия.
— И верно, — спохватился он. — Пригодится… Только не привык я… — Он вдруг весело глянул на офицера. — Эй, предводитель! Хотите вашу шпагу? Меняю на нож! Видите, у меня пустой чехол… — Валерка качнул ногой.
Командир гвардейцев подумал секунду, хмуро кивнул и, медленно сгибаясь, потянулся к ножу.
…Валерка успел подставить налокотник! Нож чиркнул по стали, свистнул у моего уха, оглушительно ударил в камень. Мелкие осколки впились мне в щеку. Я зажмурился на миг, а потом увидел, что Валерка бежит за гвардейцами. Он кричал что-то и мчался, держа шпагу, словно копье.
Но гвардейцы бежали быстрее. С одного сорвалась каска и, громко звеня, катилась поперек моста. Она долго дребезжала и вздрагивала, прежде чем улеглась на камнях.
Валерка, тяжело дыша, вернулся на мост.
— Они не люди, — сказал он тихо и зло. — Хуже наемников.
Я ладонью провел по щеке. На ладони остались полоски крови.
Я нашел на камне след от удара ножа. Это была ямка, похожая на воронку. Крупинки мрамора на свежем изломе искрились под луной. Я потрогал их — к пальцу прилипла белая пыль.
Отскочивший от столба нож валялся в трех шагах. Я подобрал его. Поднес к лицу. Нож был тяжелый, с медным шариком на костяной рукояти, с гравировкой из цветов и листьев на широком лезвии.
Подошел Валерка. Я протянул ему нож. Он торопливо сунул клинок в чехол, одним движением расстегнул куртку, рванул от белой рубашки лоскут.
— Да пустяки, — сказал я.
— Прости, — сказал он. — Это из-за меня.
— Ну что ты… — сказал я. И вернулся к столбу. Опять посмотрел на ямку в мраморе.
Ощущение реальной опасности выросло во мне неожиданно и стало очень ясным. Сон это или сказка, или все по правде, я не понимал теперь, но чувствовал одно: не закрой меня Валерка стальным налокотником — и был бы конец.
И напрасно ждал бы на берегу пруда Володька своего взрослого нескладного друга.
Я оглянулся и как бы новыми глазами увидел непонятный город: квадратные и многогранные башни с флюгерами, темные арки галерей, блестящие бруски гранита на мостовой. До сих пор я смотрел на это почти как на декорацию. Сейчас это был настоящий город. Валерка подошел и опять негромко произнес:
— Прости… Но я же говорил: это всерьез.
Он был смущен и расстроен.
А во мне заиграла радость: значит, и Валерка настоящий!
— И хорошо, что всерьез! — сказал я и поддернул перевязь с рапирой.
