Ну вот, началось все-таки…
Цветочница быстро нагнулась надо мной.
— Что с вами? Вы нездоровы?
— Боюсь, что да…
— Одну минуту… не волнуйтесь. Здесь рядом телефон…
…Больница в Кобурге оказалась поменьше и попроще, чем у нас. Ни сложных приборов для диагностики, ни врачей со званиями. Зато уютная, деревянная, в глубине яблоневого сада (яблони уже доцветали). А главное — полупустая. В трехместной палате я оказался один. Главный врач Анна Борисовна Штерн приняла меня с ворчливым добродушием. А узнав при заполнении истории болезни, «кто есть кто» (куда от этого денешься), забыла свою нарочитую ворчливость и темпераментно поклялась поставить меня на ноги за три недели… Ее бы устами да мед пить…
Но, как ни странно, мне и правда скоро полегчало.
Я набрал номер Дениса.
— Папаня! — радостно завопил в микрофон мой великовозрастный отпрыск. — Ты откуда возник наконец? Тебя медицина по всей стране ищет, Артур Яковлевич каждый день звонит! Куда ты канул? Мать в истерике!..
— А ей-то что? Своих забот не хватает?
— Ну, не скажи! Первая любовь не ржавеет…
— Ладно, не мели языком… Все здоровы?
— Да у нас-то все! А ты как? И главное — где?
— Так я тебе и сказал! В творческой поездке…
— Батя, ну ты как дитё… Ведь, чего доброго, отдашь концы без врачей-то…
— А я не без врачей, их везде хватает… Может, скоро в кругосветку подамся, на судне тоже врач есть…
— У тебя что, крыша поехала?! — завопил Денис.
— Ты как с отцом разговариваешь! Нахал!
Он виновато заржал в трубку. Я вдруг понял, что соскучился по нему. Но сказал сурово:
— Ладно, пока. Потом еще позвоню. — И дал отбой."
"…Еще через неделю про меня разнюхали (видно, благодаря Анне Борисовне) в местной газете. Пришел тощий парень с диктофоном, взял интервью.









