11
0Он рассыплется, потом не соберешь… Ты лучше вот что. Раз ты можешь всякое такое… раз для себя шарик сделал пластмассовый… Может, ты мне новые коньки сделаешь?
— Да это запросто! Если хочешь, можно с ботинками…
— Правда? Из ничего сделаешь?
— Нет, надо из чего-нибудь. Например, из полена. Главное, чтобы масса была примерно одинаковая. Тогда я перестрою вещество по заданному образцу…
— У меня ботинки тридцать третий размер. Но лучше делай тридцать четвертый, чтобы на теплые носки… Ох, нет…
— Что?
— Мама сразу же спросит: откуда коньки?
— Ну и скажешь.
— Так она и поверит!
— Ну, давай прямо у нее на глазах сделаю!
— И знаешь, что тут начнется!
— Что?
— Не знаю… Но начнется.
Кажется, Шарик слегка надулся (не в прямом, а в переносном смысле):
— Тебе не угодишь.
— Не во мне дело… Слушай! А ты можешь сделать несколько червонцев? Ой, не червонцев, их сейчас отменили, а новых… Или даже сотню! Только чтобы настоящие… Так, чтобы на коньки хватило и еще на еду осталось до зарплаты! А?
— А мама спросит: откуда деньги?
— А пусть она сама их на улице найдет! В кошельке!
…Они обсудили, какой должен быть кошелек.
"— Может, побольше сотенных? — щедро предложил Шарик.
— Хватит на первый раз. Чего жадничать!.. А как ты кошелек маме подсунешь?
— Знаю как. Ты в это дело не вмешивайся.
…Следующим вечером мама рассказывала на кухне:
— Вы представляете, иду из библиотеки, а на снегу рядом с тротуаром что-то чернеет. Смотрю — кошелек. Открыла, а там триста тридцать четыре рубля с мелочью…
— Везет хорошим людям, — заметил Андрей Игнатьевич и опасливо посмотрел на жену.
— Счастливая ты, Галина, — сказала Зямина мать. — Вот и новую юбку себе справишь…
— Да ты что! Думаешь, я себе взяла?
— А что? Кому-то подарила, ненормальная?
— Ну, человек-то, который потерял, он чем виноват? Ищет, наверно, переживает… Отнесла в милицию, протокол составили.
— Ты, Галя, или святая, или дура, — печально сказала Зямина мать. И закричала на Зяму: — А ты тут не торчи, нечего слушать, про что взрослые говорят!.
Стасик сунул пальцы в карман — Шарик там грелся и вертелся.
— Вот она, моя мама. Вся как есть. Понял?
— Ничего, — сердито отозвался Шарик. — Перехитрим.
— Маму?
— У вас ведь есть облигации?
— Ой… Это чтобы выигрывать по займу? Пачка!
— Ночью пошарю по номерам.
…Андрей Игнатьевич звонко кричал на кухне (он на радостях пропустил рюмочку):
— Я же говорил: хорошим людям завсегда счастье! Ты хоть что делай! Это надо же, пять тыщ! Ты, Галина, молодец!
— Да в чем же я молодец-то? — счастливо смущалась мама.
