6
0– В ней куча всего! Говорят, что даже белье можно стирать, если засунуть в резиновый пакет и опустить в бак. Нет, правда… И легко всякие игрушки прокручивать, в Интернет выходить и даже в Информаторий. Конечно, только в открытую зону…
– Я даже не знал, что такие бывают…
– И я не знал! Это новое поколение электронной техники, такие штучки пока не продают. Мне дали ее зимой за первое место на конкурсе макетов, от общества ""Большой союз"".
– А что за конкурс?"
"– Для всех, кто хотел… Надо было построить макет старинного, как в прошлых веках, Инска… Я почти полгода сидел – мастерил да клеил… Мне знаешь почему первый приз дали? Я в макете соединил сразу несколько веков. И крепость как новая, и церкви, которые стояли в Инске в разные времена и всякие дома и памятники… Некоторые сперва спорили: это, говорят, исторически неправильно. Но главные судьи сказали: пусть неправильно, но достоверно…
Май, наверно, спохватился, что я подумаю, будто он хвастается. Замолчал, опять нажал переключатель. На двери появилась красная пустыня, а вдали треугольная пирамида под желтым небом. Два человека – кажется, мальчик и взрослый – шли к пирамиде и несли какую-то тяжесть. Мне вдруг почудилось, что от картины веет сухим зноем.
– Это что?
– Это… игра такая… – как-то напряженно сказал Май. – Непонятно, откуда взялась. Некоторые говорят, что просочилась прямо из Информатория… Надо на вершину пирамиды донести чугунный шар и опустить в жерло. Чтобы спасти весь мир. Вроде бы простая задача, а ни у кого не получается… А Грета сказала, что это не только игра…
По мне почему-то холодок прошел.
– Май… ребята поэтому и стараются найти шары?
– Ну… наверно, и поэтому. Про это как-то неохотно говорят… В Инске вообще много загадок, у него запутанная история…
– Но он хороший, – сказал я.
– Еще бы! – И Май включил новую картинку.
Я увидел кирпичную церковь с высокими башнями (похожими на те, что у маленького песочного храма).
– Это польский костел. В позапрошлом веке в Инске жило много ссыльных поляков, после их восстания. Вот они и построили. Он и сейчас действует, хотя нынче католиков здесь немного. Там орган хороший, многие ходят послушать…
– Май… ты, наверно, про все храмы на Земле знаешь?
Он засмеялся и выключил проектор.
– Никто не знает про все храмы, даже академики. Да и зачем? Тут ведь смотря у кого какой интерес. Если архитектура, тогда можно изучать и рассматривать до бесконечности. А если храм ради веры… Тогда, по-моему, нужен один стиль. Потому что верят по-разному, но Бог все равно один…
Май сказал это не прежним голосом, а приглушенно. И так, будто раздумывал: говорить или нет?
""Говори"", – мысленно попросил я. Потому что понял: он делится тайной.
