В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Бил в стену монеткой легко, даже с изяществом, потом быстро приседал, растягивал пальцы и небрежно бросал в карман выигранные денежки. Оно и понятно! Я тоже в свое время играл неплохо… Сейчас я даже загляделся на Петьку.

Он, кажется, общелкал всех. Мальчишки стояли переглядывались, слегка разводили руками в потрепанных рукавах, самый маленький отвернулся, отошел в сторону, начал тереть глаза. Он был белоголовый, чумазый, в большущих ботинках без шнурков, в каком-то нелепом жилете. И, несмотря на холод, с голыми руками и в коротеньких обтрепанных штанах."

"На него наконец все оглянулись.

Петька брякнул полной пригоршней мелочи, подошел к малышу и молча опустил деньги в карман его жилета. По-моему, не только выигранные, но и свои. Затем… он поступил вовсе уж неожиданно. Сбросил мою куртку, дал ее подержать одному из мальчишек, сдернул с себя новую черно-оранжевую курточку с подогревом и накинул на плечи малыша, снова запахнулся в мою куртку. Я чувствовал, как Петьке хочется оглянуться на меня и как он себе это запрещает. Ладно, негодник, поговорим позже. А впрочем… Они с полминуты еще побеседовали. Малыш все трогал на себе Петькину курточку и как-то по-взрослому покачивал белой заросшей головой. Потом ребята пошли вдоль стены, а Петька ко мне.

Я чувствовал, как ему неловко, и ожидал с некоторым злорадством.

Он подошел, глянул исподлобья. Пробубнил:

— А чего… Мне и в этой нехолодно.

— Ну-ну…

— А они… почти что бездомные…

— Ты, кажется, оправдываешься, — язвительно сказал я.

— Ну и оправдываюсь… Ты небось ругаться будешь.

— Буду. Чего тебя понесло в эту компанию? Вот накостыляли бы — и драпать. И правильно бы сделали…

— Не накостыляли бы! Они ребят не трогают!

— Смотря каких…

— Никаких!

— Как это ты усмотрел в них такое благородство? С виду весьма характерные юные уголовники.

Петька хихикнул:

— Даже и не с виду!.. Но ребят правда не трогают. И деньги, которые проиграли, отдали сразу. Хотя и не должны были.

— Почему же не должны?

— Потому что между собой они, оказывается, играли понарошке. У них деньги общие. А я не знал, начал всерьез…

— Между собой понарошке, а если бы обыграли тебя, не вернули бы ни гроша, будь уверен.

— Нет… — вздохнул Петька. — Ты не понимаешь.

Они какие-то не такие.

— Какие «не такие»?

— Ну ты, наверно, думаешь, это как сарайские пацаны в сорок девятом году…

Я, признаться, так и думал. Юные жители окраинного поселка Сараи были известны в свое время всему Старотополю.

— Сейчас другое время, — философски разъяснил Петька. — И нравы другие…

— Нравы!..

Петька сел рядышком и серьезно спросил:

— Знаешь, что они про тебя сказали?

— Про меня?… Спорим, что знаю! «Тот толстый фраер на скамейке небось твой папахен? Не зашибет за куртку?»

— Нет.