В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

И во-вторых, сам по себе этот способ дешифровки юристами еще не признан официально. Они говорят: «Интуиция интуицией, а полного технического обоснования нет»… И кроме того, Полоз хладнокровно заявил, что эти записи — чисто литературный труд, наброски романа ужасов, который он, Полоз, вознамерился сочинить на досуге.

— А подвал и эти… приспособления?

— Ну и что? Хобби, странность оригинала. Никому же не запрещено коллекционировать любые предметы. Ведь следов-то на этих предметах ни малейших… А железный пол — это своего рода тренажер для него, для Полоза.

На чугунные плитки, мол, подавался ток разного напряжения, который стимулировал подвижность и энергию во время физкультурных упражнений…

— И… значит, он будет жить по-прежнему? — потерянно сказал я.

— Ну… во-первых, он все же достаточно напуган. И уже официально объявил, что оставляет руководство хором. Под каким-то удобным предлогом. Во-вторых, специальные люди теперь не спустят с него глаз. А больше сделать ничего нельзя. Чтобы возбудить дело, необходимо заявление от кого-то из пострадавших и наглядные доказательства преступлений… А живой пострадавший только один — Петька.

Но если Петьку сейчас втягивать в эту историю, представляешь, сколько всего на беднягу свалится?

Я представлял. Втягивать было нельзя. Петьке надо было жить нормально, без лишних испытаний нервов и души. Привыкать к нынешним временам…

И тут меня обдало страхом: «Единственный живой пострадавший! Значит, единственный свидетель!.. А ведь Полоз на свободе. И понимает, что единственный свидетель — реальная опасность».

Это я перепугано и высказал Юджину.

Он поморщился:

— Да ну, не посмеет. Как и все сволочи подобного рода, он трус… Впрочем, хорошо, конечно, если Петька не будет болтаться по пустынным местам один…

Я подумал, что он, к счастью, всегда с приятелями или со мной. Но все равно надо быть внимательней… Я отчетливо видел перед собой длинное лицо Полоза — с выпуклыми синими глазами, дряблым подбородком, в обрамлении рыжих повисших локонов. И дернулся от боязливого отвращения.

— Ну как природа может допустить, чтобы в человеке столько мерзости и зверства?…

Юджин сказал очень серьезно:"

"— Это не человек.

Это оборотень, воплощенное зло. Исчадие Сатаны… Странно звучит в наш просвещенный век, но это так, я уверен.

— И нет против него никакого средства?

Юджин шевельнул плечом.

— Поживем — увидим… Ну, а как Петух-то? В школе все нормально?

4В школе у Петьки было нормально. Если не всё, то в основном. Он подружился с Никиткой Горячевым — тем самым обладателем поцарапанного носа, моим старым знакомым.