16
0
– Даже намеренно я не в состоянии написать “прочь” без мягкого знака, а “мститель” через “и” после второго “тэ”. Даже под угрозой пистолета! Это противно всей моей сущности!.. Я этого так не оставлю…
Во время шумного объяснения Андрюша и Олик смотрели друг на друга сперва с испуганной догадкой, потом с грустным пониманием. Наконец Олик протянул тихонько и жалобно:
– Ох и дура-ак…
В этот миг после слов профессора случился как раз перерыв, и тонкий голосок Олика прозвенел в напряженной тишине.
– Кто дурак? – разом подобрался Кутузкин.
–Да не вы, не вы! – испугалась догадливая Варя.
– Что он хотел сказать?
– Постойте-ка! – Профессор ухватил письмо. – Да-да-да! Уважаемые Уки! Не ваш ли хитроумный товарищ взял в прошлый раз со стола мою расписку?
Беспощадный ужас проткнул несчастного Олика ледяными иглами. Какой кошмар! Он, Ольгерд Ковальчук, своим неудержимым языком предал своего товарища Ука! Не нарочно, конечно, но Пеке-то не легче от этого! Что теперь будет? И с Пекой, и с ним, с Оликом?!
Отчаяние помогло работе мысли. Спасительная догадка мгновенно озарила мозг.
Никто не успел опомниться. Лишь через несколько секунд профессор встал со ступеньки, взял Олика за плечи. Слегка тряхнул. Может быть, хотел услышать шелест бумаги в пищеводе? Потом он громко сказал в открытую дверь:
– Мама! Принеси, пожалуйста, касторку!
– Не поможет, – печально подвёл итог младший лейтенант. – Документ уже не будет иметь надлежащего вида.
Профессор пожал плечами:"
"– Зачем он вам теперь-то? Неужели не ясно, что это просто детская шалость?
— Шалость! – взвился участковый. – Видели бы вчера Лошаткина, когда он прибежал ко мне среди ночи!.. И сегодня он пойдёт класть под камень “куклу”. То есть пакет, изображающий пачку ассигнаций.
– Вот там и ловили бы рэкетира. А зачем сюда-то явились? – неласково поинтересовался профессор.
– Одно другому не мешает. Я подозревал, что брать добычу вы пойдете не сами, а пошлёте сообщника.
Егор Николаевич вздохнул.
– Надеюсь, теперь вы снимаете с меня подозрения?
– Да, извините. Накладочка вышла…
– Тогда у меня предложение. Брать рэкетира пойдём вдвоём. Если там всё же и правда настоящий злоумышленник, то… я когда-то занимался в секции самбо. А если Пека… – И. Егор Николаевич оглядел ребят.
Они его поняли. Профессор явно хотел прикрыть дурня от лишних неприятностей.
Время как раз приближалось к полудню.
