24
0
— Я бы ни за что не привыкла, — искренне сказала Юля.
— Может, привыкла бы… А среди ночи почти все огоньки погасли и месяц куда-то пропал. Я думал: ну, вот теперь будет страшно. А все равно ничего. Потому что звезды сделались яркие-яркие… Вот тогда они в самом деле будто ближе… И тут всякие мысли полезли. Но тоже не страшные…
— А какие?
— Всякие. И тогда та самая мысль первый раз появилась: почему я — это я? Помнишь?
— Помню… Тут уж, конечно, бояться некогда…
Он быстро оглянулся на нее:
— Ага… А потом я Марс отыскал. Сперва думал, что это сигнальный огонек на трубе, на электростанции.
— Разве в бинокль планету можно разглядеть?
— Все-таки лучше, чем просто так. Видно, что кружок. На копейку похожий…
Юля вспомнила:
— Когда я маленькая была, у нас дома был альбом про космос. И там цветные снимки планет, и Марс тоже есть. Размером с яблоко. И на нем разные пятна видны, полярные шапки и каналы. Только сейчас ученые доказали, что это обман зрения: на самом деле никаких каналов нет.
Фаддейка сказал спокойно:
— Конечно, нет.
— Каких стен? Фаддейка, что ты опять сочиняешь?
— Не сочиняю. Это защитные стены, чтобы удерживать песок, не пускать его на леса и поля. Про Великую Китайскую стену слышала? Вот на Марсе такие же, только еще больше… Но они уже разрушены, потому что люди там тыщу лет воюют и воюют, строить им некогда… Не хочешь — не верь…
Юля чуть не ответила, что она, может, и поверит, если Фаддейка объяснит, откуда он все это взял. Но поняла, что объяснять он не станет. Фаддейке уже хотелось рассказать о другом.
— А утром такая заря была! И солнце такое… Громадное! И свет по земле, по деревьям как волны. И петухи во всем городе заорали. Целая петушиная симфония… — Фаддейкины глаза сияли, и золотая искра озорно дрожала рядом с янтарным зрачком. — Я тогда знаешь что сделал? Высунулся и тоже как заору по-петушиному! Над всей землей!
Юля засмеялась, представив, как Фаддейка разносит с колокольни бесстрашное «ку-ка-ре-ку!» и волосы пламенеют, будто петушиный гребень.
Он тоже засмеялся:
— Мне даже спать расхотелось…
— А ты что, всю ночь не спал?
Фаддейка поежился:
— Уснешь там… Среди ночи такой кусачий холод сделался…
— А ты не взял ни одеяла, ничего теплого?
— Я телогрейку взял тети Кирину.
— Ты и сейчас зубами стукаешь, — строго сказала Юля. — Почему ты раздетый? У тебя что, кроме этой майки и штанов надеть нечего?
— Просто мне такой цвет нравится.
