24
0
— Цела! Конечно! Я сейчас…
Я бросился в дедушкину комнату, схватил футляр, крикнул уже из прихожей:
— Сейчас принесу!
Может, если сразу принести, не будут сильно воспитывать?"
"Я мчался к станции, а футляр колотил меня по ноге и царапал бронзовым уголком. Я не обращал внимания. Но перед вагоном я отдышался. Заправил майку. Принял спокойный и независимый вид. В «Курятнике» всё было по-прежнему. Ерёма чертил, Янка и Юрка о чём-то разговаривали. Они посмотрели на меня виновато.
Глеб настраивал карманный телевизор. Я небрежно сказал Глебу:
— Дома ворчат: почему долго машинку не несу.
— Конечно, бери! Мне Ерёма на свалке нашёл какую-то, скоро наладит.
— Завтра налажу, — отозвался Ерёма.
Глеб озабоченно спросил:
— Гель… А тебе не попало? Может, мне пойти с тобой, объяснить?
— Да вот ещё… Привыкать мне, что ли?
С тяжёлой машинкой я спустился с подножки. Глеб, Юрка и Янка стояли в раздвинутых дверях «Курятника». Между Глебом и Юркой просунул голову Ерёма. Глебу и Ерёме я сказал:
— Пока.
И пошёл.
Почти сразу сзади затопали. Это догнали меня Юрка и Янка.
— Гелька, ну ты чего? — сказал Янка. — Не обижайся.
— Ты здесь ни при чём, — ответил я.
— Гелька всегда так, — хмыкнул Юрка, но я уловил в его словах виноватость. — Сам наплетёт что-нибудь, а потом дуется на всех.
— Наплетёт?! Что я наплёл?
— А про склад? Мы о деле говорили, а ты шуточки начал дурацкие…
— Шуточки? Там на самом деле якорь! Настоящий!
— Ну… тогда объясни толком.
— Ага, теперь «объясни»…
С минуту мы шли молча. Они — виноватые, я насупленный. Наконец Юрка сказал:
— Давай я коробку за ту ручку понесу.
Зимой, перед каникулами, меня выставили с урока танцев, и я болтался в коридоре. Там наткнулась на меня наша директорша Клара Егоровна. Ругать не стала, а сказала :
— Гелюшка, выручи. Столько дел, народу не хватает, съезди с нашим Сан-Дымычем на склад за игрушками для ёлки. Он один не управится.
Я обрадовался. Завхоз Александр Вадимович нас, мальчишек, любил. Он был старенький, мы его звали Сан-Дымыч и всегда ему помогали. Сан-Дымыч вызвал с автостанции фургончик, и мы покатили.
Склад ёлочных игрушек находился в старой церкви.
Внутри горели тусклые лампы и было холодно, изо рта шёл пар. Пока Сан-Дымыч с начальником склада выбирали коробки, я оглядывался. За штабелем ящиков я увидел наклонный столб с кольцом и тяжёлой цепью. Полез туда. И оказалось, что столб и кольцо — верхняя часть могучего трёхметрового якоря!
Якорь стоял в кирпичной нише. Даже не стоял, а был прислонён к боковой стенке. Под ним темнела чугунная плита с выпуклыми буквами.
