24
0В поезде я его не нашёл… Где же искать, если станции Мост нет?
— Да уж лучше сойти где придётся, — посоветовал мальчик. — Там, где место покажется подходящим.
— Пожалуй, я так и сделаю, — устало сказал Яр. Его стала давить сонливость.
— Так и сделайте, — сказал мальчик.
Яр встряхнулся и опять посмотрел на него. Мальчик снова сидел, обняв коленки. С локтя у него падали тёмные капли.
— Что это у тебя? На руке…
— А… Поцарапался, когда бежал. Там проволока торчит у тормоза.
— Ну-ка покажи… Ничего себе «поцарапался»!.. Дай, я хотя бы платком перетяну. Это ты из-за меня пострадал.
Мальчик скосил глаза на локоть.
— Ладно, перетяните.
— И промыть-то нечем…
Мальчик задумчиво сказал:
— Раньше раны смолой замазывали. Или порохом посыпали…
— Порохом?
«А в самом деле, он же стерильный», — подумал Яр. Вынул и положил на колени пистолет. Вытащил обойму.
— «Викинг», — не удивившись, сказал мальчик. — Хорошая штука, надёжная.
Яр достал патрон, зажал в закаменевших пальцах пулю, раскачал, выдернул. Высыпал на ладонь серые зёрнышки.
— А в патронах для карабинов порох чёрный, — задумчиво сказал мальчик.
Яра что-то толкнуло:
— В учебных патронах?
Мальчик будто затвердел.
— Ну, извини, ты ведь не любишь лишние вопросы. Как бормотунчик, — сказал Яр. — Давай руку.
Мальчик подставил локоть. И, обмякнув, тихо проговорил :
— Они были не учебные. Просто они почему-то не срабатывали, когда нужно. Будто холостые…
Яр присыпал порохом глубокий чёрный порез, достал платок, разорвал на полосы. Вспомнил Альку — как он поранил ногу в фонтане, а Данка бинтовала."
"«А может быть, они всё-таки живы?»
Он стал перевязывать мальчику руку.
— Вам не жаль патрона? — спросил мальчик.
— Что поделаешь…
Над бинтом, у самого плеча был у мальчика широкий шрам: пятно бугристо съёжившейся кожи.
— Где это ты так? — спросил Яр. — Ох, прости, я опять с вопросом…
— Ничего. Это ожог.
— Понятно… А можно ещё вопрос?
Мальчик кивнул.
— В Городе, — сказал Яр, — есть узкая улица между стенами. Она ведёт от площади с колоколами к башне. Как она называется?
— Так и называется: Башенная, — спокойно разъяснил мальчик, опуская на локоть трикотажный рукав. Но, кажется, опять насторожился.
— Тебе не холодно?
Он вздохнул:
— Мне не бывает холодно. Я даже не знаю, что это такое…
— А грустно бывает?
Мальчик опустил голову лбом на колени.
— Это похоже, — сказал Яр. — Грусть и холод.
— Тогда понимаю…
Мальчик посмотрел на темнеющее небо, и глаза его блеснули под фонарём.
— Сейчас летний воздух над всем полуостровом, — сказал он. — Завтра будет иначе. Даже снег пойдёт к вечеру. Вот будет у ветров работа — разносить его… Но вы не бойтесь, это случайный летний снег, здесь бывает такое.
