Узы крови

Ей все это не приснилось! Все это произошло с ней наяву! Она вспоминала, как они с отцом сидели у Румпельмаера, окруженные со всех сторон огромными разноцветными, набитыми опилками плюшевыми медведями, слонами, львами и зебрами. Элизабет заказала банановый сок, принесли, что называется, целую бадью, но отец не рассердился на нее за это. У них состоялся интересный разговор. Не как-дела-в-школе-спасибо-нормально-трудности-есть-нет-папа-отлично. А действительно интересный разговор. Он рассказывал ей о своей поездке в Токио, и как его, как почетного гостя, угощали там кузнечиками и муравьями в шоколаде, и как ему, чтобы не потерять лица, пришлось их съесть.

Когда Элизабет выгребла остатки мороженого из стаканчика, он вдруг спросил:

– Что заставило тебя это сделать, Лиз?

Она знала, что теперь вечер будет бесповоротно испорчен, что он станет ее ругать, упрекать, говорить, что она не оправдала его надежд.

– Я хотела быть лучше всех, – сказала она, но не смогла заставить себя сказать: «Ради тебя».

Он очень долго, как ей казалось, смотрел на нее, а потом неожиданно рассмеялся.

– Во всяком случае, тебе удалось здорово их всех ошарашить.

В голосе его звучала гордость.

Элизабет почувствовала, как кровь приливает к щекам, и спросила:

– Ты не сердишься на меня?

В его взгляде она прочла такое, чего раньше там никогда не видела.

– За что, за желание быть лучше других? Так ведь это у нас, Роффов, в крови.

И он легонько пожал ей руку.

Уже засыпая, она подумала: «Он любит меня. По-настоящему любит. Отныне мы всегда будем вместе. Он станет брать меня с собой в поездки. Мы будем много разговаривать и станем большими друзьями».

В полдень следующего дня секретарь отца объявила ей, что принято решение послать ее учиться в Швейцарию, в закрытый пансион.

Глава 10

Элизабет определили в «Интернасиональ Шато Леман», школу для девочек, находившуюся в поселке Сен-Блез на берегу озера Невшатель. Возраст девочек колебался в пределах от четырнадцати до восемнадцати лет. Это была одна из лучших школ одной из лучших систем образования в мире."

"Элизабет возненавидела каждую минуту своего пребывания там.

Она чувствовала себя ссыльной. Ее выслали из собственного дома, словно она совершила какое-то ужасное преступление. В тот волшебный вечер ей казалось, что она стоит на пороге чудесного открытия: она заново открывала для себя своего отца, а он заново открывал для себя свою дочь, и между ними возникли искренняя привязанность и дружба. А теперь отец был как никогда далеко от нее.

Она узнавала новости о нем из газет и журналов.