2
0
Макс ступил на песок пляжа, присел на выступ большого камня, закрыл глаза и снова глубоко задумался, отыскивая в уме ранее не замеченные детали, отбрасывая ненужное, расчленяя и вновь соединяя разрозненные детали картинки.
Двадцать минут спустя все встало на свои места. Глаза Макса широко раскрылись, и он в восхищении подумал: «Здорово! Вот это умница! Я должен непременно встретиться с этим человеком».
После этого инспектор Макс Хорнунг посетил еще два места: одно неподалеку от Олбии, другое в горах – и в полдень того же дня самолетом вернулся в Цюрих.
На самом дешевом месте в третьем классе.
Глава 37
Начальник охраны «Роффа и сыновей» сказал, обращаясь к Элизабет:
– Все произошло слишком быстро, мисс Рофф. Мы ничего не успели сделать. Полыхнуло так, что, когда прибыли пожарные, лаборатория уже полностью выгорела.
В лаборатории удалось обнаружить только обугленные останки Эмиля Джипли. Его записи были либо похищены из лаборатории до взрыва, либо сгорели вместе с ним.
– Исследовательский корпус находился под круглосуточной охраной, не так ли? – спросила Элизабет.
– Да, мэм. Мы...
– Как давно вы исполняете должность начальника отдела безопасности?
– Пять лет. Я...
– Вы уволены.
Он попытался было протестовать, потом передумал:
– Да, мэм.
– Сколько людей работает под вашим началом?
– Шестьдесят пять.
Шестьдесят пять! А не смогли уберечь одного.
– Официально вас уведомляю: в течение двадцати четырех часов все они должны получить расчет, – сказала Элизабет, – все до одного.
Он вопросительно посмотрел на нее:
– Мне кажется, вы несправедливы.
Она подумала об Эмиле Джипли, о его навсегда потерянной бесценной формуле, о подслушивающем устройстве у себя в кабинете, которое она случайно обнаружила и раздавила, как клопа, каблуком.
– Убирайтесь отсюда, – сказала Элизабет."
"Чтобы вытеснить из головы образ обугленных останков Эмиля Джипли и сгоревших вместе с лабораторией его подопытных зверьков, она старалась до максимума заполнить деятельностью каждую минуту того злополучного утра. Одновременно гнала от себя мысль о колоссальных убытках, понесенных концерном из-за утери формулы. Не было никаких гарантий, что формула не всплывет и не будет запатентована какой-нибудь из конкурирующих фирм, и Элизабет ничего не сможет с этим поделать. Джунгли есть джунгли. Стоит твоему конкуренту почувствовать, что ты слабее, как он уже рвется тебя добивать. Но здесь замешан не конкурент, а друг. Смертельный друг.
Элизабет настояла, чтобы охрану передоверили профессиональной полиции. В окружении незнакомых лиц она будет себя чувствовать в большей безопасности.
Затем позвонила в «Опиталь интернасиональ» в Брюсселе, чтобы выяснить, как себя чувствует мадам ван ден Лог, жена бельгийского министра.
