5
0Кстати, недавно Элли и старшие близнецы пошли укладывать малышей спать. Без меня.
Я чувствовала себя вроде как лишней. Это была не то чтобы ревность, но... Пожалуй, более подходящего слова не подобрать. Малышки стали моими всего сутки назад, а теперь вдруг кто-то другой взял на себя заботу о них. Но Элли сказал:
– Это твой день. Оставайся тут, повеселись. Мы справимся.
И я не нашла, что возразить. Ладно, это только сегодня. Кстати, зевота напала на меня основательно.
– Думаю, пора в постельку, пока ты не уснула прямо здесь, – Гейб чмокнул меня в макушку и, забрав из моих рук опустевшую тарелку, убрал её куда-то себе за спину. – Видишь, народ уже расходится.
Я поняла, что пока блаженствовала в объятиях Гейба и витала в своих мыслях, толпа гостей заметно поредела. Кристиана и Томаса уже не было – некоторое время назад они вернулись в клинику. Особой необходимости в пребывании там Томаса уже не было, но ребята решили остаться там ещё на пару ночей, уступив гостям свои комнаты. Учитывая, с какими удобствами они обосновались в клинике – это не было для них такой уж большой жертвой.
Элли вернулась, и сейчас танцевала с Коулом среди нескольких оставшихся на импровизированном танцполе пар, а вот близнецов я что-то не видела – наверное, тоже отправились спать.
Гейб встал со мною на руках, негромко попрощался со всеми, кто его услышал, и, не привлекая особого внимания, пошёл вокруг дома в направлении входной двери.
– Мы что, так всё неубранным и оставим? – зашипела я, улыбаясь через его плечо тем, кто махал нам вслед.
– Не переживай, и без нас всё уберут, это не долго и не сложно. Не думаю, что остальные спали прошлой ночью так же мало, как и мы. В крайнем случае – завтра утром припашу Пирса, – и он злорадно захихикал.
– Ты действительно самодур, – захихикала я в ответ и чмокнула его в щёку. – Но ты мой самодур, и другого мне не надо.
Так, весело посмеиваясь, мы поднялись на второй этаж, решив проведать малышек перед сном. В детской нас ждал сюрприз – оказывается, старшие близнецы расположились на ночлег прямо там, на ковре, возле детских кроваток.
Герб использовал в качестве подушки какую-то мягкую игрушку, Гил – его живот. Они лежали, раскинувшись на половину детской, явно собираясь остаться тут до утра.
Мы переглянулись, потом Гейб вздохнул и вышел, а я аккуратно перешагнула через длинные ноги близнецов и прошла к детям. Джереми спал на диване, его одеяло практически сползло на пол. Я подняла его и аккуратно укрыла братишку, потом легонько, стараясь не разбудить, поцеловала его в щёчку. Затем подошла к кроваткам близняшек. В отличие от Джереми, девочки были тщательно укутаны, едва ли не завёрнуты в одеяла.
