8
0"
"– Я не принуждаю женщин, Миранда. Особенно тех, кто не скрывает своего отвращения ко мне.
– Вот ведь дура! – от всей души сказала я. – Ну как она могла!? Подумаешь – пара шрамов! Да кто вообще обращает внимание на шрамы, при твоих-то глазах!
– Глазе…
– Что? – не поняла я.
– При моём глазе. Второго у меня тогда не было.
– Господи! – сдавленно прошептала я. – Гейб, как же тебе было больно!
И я имела в виду не только физическую боль.
– Это было давно, – он снова дёрнул плечом, глядя куда-то вдаль.
Но я понимала, что та боль всё равно таится где-то глубоко внутри. Боль отвергнутого. Я хотела бы забрать себе его боль, но не знала как. Всё, что я могла, это крепко обнять его, прижаться щекой к его груди и пробормотать чистую правду.
– Я бы никогда тебя не отвергла. Никогда!
И это было действительно так. Подумаешь, шрамы! Я ведь поняла, что Гейб – мой, когда он вообще был в обличье пантеры! И только что меня ранил. Да я же чуть за ним следом в лес не побежала! Уж это-то, наверное, показатель?
Руки Гейба обхватили меня, буквально укутав в свои объятия, щека прижалась к моей макушке.
– Я знаю, моя девочка, – сказал он еле слышно. – Я знаю.
Какое-то время мы просто стояли, крепко обнявшись. Пока реальность не вторглась в наш мирок голосом Томаса.
– Я, конечно, всё понимаю, вам бы хотелось стоять тут целый день и обниматься, но Лаки уже проголодался.
Пробормотав с тяжёлым вздохом: «Ох уж эти детки», Гейб выпустил меня из объятий и повернулся к Томасу.
– Лаки, значит, проголодался? А сам ты – ни капельки?
– Вообще-то завтрак был уже очень-очень давно. И я тоже голодный!
– Как это «давно», – удивилась я. – И двух часов ещё не прошло.
– Это ты спишь чуть ли ни до полудня, а я встал рано. А за столом с тобой просто за компанию сидел.
Я вспомнила, что мальчик действительно ел очень мало, больше скармливал собаке. И Гейб, наверное, тоже голодный.
– Так, ребята, я умею делать неплохие котлеты. И если вы потерпите часок...
– Потерпим! – тут же воскликнул Томас.
– Надеюсь, я найду все нужные ингредиенты, – пробормотала я себе под нос.
– Уверен, что найдёшь, – приободрил меня Гейб. – Ты сама имеешь представление о нашем аппетите, так что и холодильник, и кладовка забиты под завязку. Тем более, что продукты у нас свои, свежие. Но если чего-то не окажется – раздобыть не проблема.
Когда мы пришли домой, я умчалась в свою комнату, быстро приняла душ и переоделась. Нда… Вчера я лишилась рубашки и бюстгальтера, из всей сегодняшней одежды целыми остались только носки. Даже сзади на трусиках я обнаружила дыру. К счастью – небольшую, так что по дороге я ничем не сверкала, но, до кучи, ещё и в крови – видимо, царапнуло-таки гвоздём. Особенно жалко мне было кроссовки – правую я разбила вдрызг об ногу Линды.
