Убийца поневоле

А пустырь нехороший… Вот и нужно будет поймать момент, когда Игорь раненько поутру побежит к своей ненаглядной «Ауди» через нехороший пустырь. Утро — время самое подходящее с точки зрения безопасности. Люди сонные, соображают плохо. А кто успел проснуться и начать соображать, тот торопится, опаздывает. Это одинаково применимо и к свидетелям, и к милиции.

Водитель белых «Жигулей» хотел убить Игоря Ерохина.

3

Виктор Алексеевич Гордеев по прозвищу Колобок заканчивал утреннюю оперативку.

— Если ко мне нет больше вопросов, все могут быть свободны. Анастасия, останься.

Сотрудники торопливо потянулись из кабинета начальника, чтобы разбежаться по своим не терпящим отлагательства делам. Настя осталась сидеть в дальнем углу.

— Чего прячешься? — пробурчал Колобок. — Садись ближе.

— Зачем? — улыбнулась она. — Бить будете?

— Горло у меня болит, — пожаловался Гордеев, — громко разговаривать не могу. Оперативку еле-еле протянул, как будто наждаку в глотку напихали. Ангина у меня, что ли?

— Похоже, — согласилась Настя. — Полощите горло раствором йода с солью, он хорошо дезинфицирует, особенно если там гнойнички.

— А эти… как их… Ну, которые по телевизору рекламируют? Может, их попробовать?"

"— Вы имеете в виду «Колдрекс» и «Панадол»?

— Вот-вот.

— Не знаю, тут я вам не советчик. Я вообще-то боюсь новых лекарств, но это потому, что у меня аллергия.

— Ладно, обойдусь народными средствами, — вздохнул Колобок.

Похоже, он и вправду заболевал. Обширная лысина его была покрыта капельками пота, несмотря на прохладный октябрьский день, нос покраснел, глаза слезились, голос сел и с каждым словом становился все более сиплым.

— Что с аналитической справкой? — спросил он. — Когда будет готова?

— Да она практически готова, теперь мне нужен ваш совет. Нет, два совета, — поправила сама себя Настя.

— Валяй, — махнул рукой Виктор Алексеевич. — Когда я болею, у меня сопротивляемость падает, и с меня можно даже два совета бесплатно содрать. Пользуйся.

— Я обнаружила несколько групп убийств, можно даже назвать их сериями, которые расследовались поодиночке, и вопрос об объединении дел даже не ставился. Я уверена процентов на девяносто пять, что это все-таки серии, каждая из которых объединена либо своим исполнителем, либо каким-то другим признаком. Я могу просто указать на это в справке, а могу дать развернутый анализ с объяснениями, но тогда начнут мелькать фамилии тех, кто это просмотрел, упустил, кто схалтурил. Есть третий вариант: я в справке для Штаба только упоминаю об этом, а отдельно делаю подробный анализ по этим сериям. Короче, как вы скажете, так и будет.

— Как скажу, как скажу, — брюзгливо проворчал полковник Гордеев, обматывая горло серым форменным шарфом. — Никак я не скажу. Я болею.