И… голова… моя голова, как же больно…
Просыпайся, лежебока, это надо исправить! Наверное, Вовка пошутил и пролил на мою кровать кувшин воды, поэтому, так мокро…
Надо встать… и… сменить постельное белье… нет… если кувшин, матрас тогда тоже…
Вставай, дура, так точно застудишься!
Не открывая глаз, я резко села. Спать хотелось – жуть. И мокро… А как голова болит… Положила руку на свою макушку – ого! Какая шишка! И вот тут уже я пришла в себя. Недавние события тут же всплыли в моей голове – удар! Меня кто-то ударил по голове! Где я?
С ужасом обнаружила, что я не дома.
Встала. Ой ж как болит-то все… Грязная… Как я домой-то добираться буду? Вроде светает уже, но такой туман. И телефон… Где мой телефон? Ах ты ж, украли! Да что ты будешь делать! Боже, как хочется плакать!
Я медленно побрела к выходу из парка, отлично знаю это место и оно достаточно далеко от моего дома, чтобы этот путь оказался достаточно мучительным. Ох и получу же я нагоняй от Адама.
Шла слегка пошатываясь, голова все же болела. Интересно, что если бы не все эти события, это могло бы оказаться настоящей прогулкой в утреннем парке, окутанном серым туманом. Очень красиво. И даже сказочно, если не считать мокрой и грязной одежды, отвратительно прилипшей к телу, и, елки, этой пульсирующей шишки…
На выходе из парка я чуть было не улетела носом об землю, споткнувшись в полутьме о какой-то булыжник.
–Маша! – услышала я голос Адама, еще не до конца осознав, что это на самом деле он.
Глава 17
***– Да не маши ты тут своим подолом! – рявкнула баба Люба на бабу Иру.
Очередной переполох в деревне Волохуевка, что в Рублевском регионе, вот уже минут пятнадцать гонял всех престарелых женщин по ветхому зданию местной библиотеки.
На сей раз без чувств рухнула самая молодая из них – сама Настенька.
-Не выдержала девка, – произнесла свой свой экспертный диагноз баба Маруся. – Что вы все, дальше, да, дальше! А мы то, дуры старые, и не заметили, что Настенка и сама голову потеряла от переживаний. Вон оно как!
-Бабоньки, что делать-то будем?"
"-Щас, щас, – пробормотала Олеговна, славившаяся на селе своими познаниями в лекарственных травах, копаясь в бездонных карманах своей безрукавки, – щас, оно тут у меня было.









