Ты знаешь мой секрет?

— Одно сплошное противоречие и загадка.

Выдает странный вердикт спустя минуту.

— Что, прости? — хмурюсь, стараясь понять смысл.

— Не что, а кто, — поправляет. — Ты непредсказуема.

— Глупости, — поджимаю пальцы ног, покрытые ярко-желтым лаком, которые так его заинтересовали. — Почему ты со мной возишься?

Этот вопрос меня действительно интересует. Потому что Алексу не место тут: в однокомнатной маленькой квартирке на окраине города, в котором он не проживает, в компании девушки, которой ничего не должен.

Гроссо ухмыляется и качает головой. Но потешается не надо мной, а скорее над самим собой.

— Обязательно расскажу, — выдает, наконец, — как только найду ответ.

Киваю, закрывая тему.

Не люблю, когда пытаются лезть ко мне и копаются в том, куда посторонним вход воспрещен, потому и к другим отношусь соответственно. Никогда не навязываю неудобные темы. И отступаю, если вижу, что собеседнику разговор не нравится.

— Продолжим урок? — пододвигаю фужер поближе к мужчине.

— Разве тебе недостаточно? — отвечает вопросом на вопрос.

Качаю головой, и сама перехватываю бутылку.

В точности повторяю действия Алекса, и пододвигаю ему его порцию.

— Надеюсь, в моей жизни больше никогда не будет причины пить эту гадость, — выдаю свой странный тост, и, не чокаясь, делаю глоток.

Шоколадная горечь обжигает язык, и я зажмуриваюсь и морщу нос. Всё же алкоголь — это «фу».

— Я догадался по твоему лицу, — смеется тихонько мой сегодняшний собутыльник, отпивая из своего снифтера совершенно спокойно.

А я понимаю, что ляпнула последнюю фразу вслух.

— Соня, что у вас за отношения с Мелехом?

Вопрос удивляет. А еще совершенно не нравится. Как и прожигающий взгляд карих глаз.

По сравнению с моим уже расслабившимся и поплывшим мозгом, Алекс кажется очень собранным и серьезным. Будто коньяк был только у меня в бокале, у него же — сладкий чай.

Вот как так?

Всё делали одинаково, а результат абсолютно разный.

— Я не хочу обсуждать эту тему, — выдаю самый мягкий ответ, не желая грубить.

Вся ненависть и обиды на семейку Гроссо, копившиеся в душе последние месяцы, распылились к этому моменту сами собой. Алекс за несколько дней сделал для меня так много, и не только в плане финансов, что я теперь чувствую себя его должницей.

Если бы не он, мне пришлось проходить нелегкий путь похорон намного сложнее, хотя уверена, что справилась бы. Потому что не имею право подводить сестрёнку, да и дальше сделаю всё, чтобы не подвести.

На могиле роднульки пообещала, что позабочусь о её малышке.