Чехов. Книга 4

— Постараюсь, — ответил я, хотя, признаться честно, вовсе не желал, чтобы мой портрет висел в комнате для покаяния, в компании изображения отца и лика Искупителя. Развернулся и направился к выходу. Уже у двери остановился, обернулся и осторожно уточнил:

— Да, совсем забыл. У Леночки же синий цвет силы?

— Искупитель с вами, Павел Филиппович, — всплеснула руками Серафима. — Белый, целительский.

— Да, точно, — рассеянно ответил я. — Как я мог перепутать? Ну, до свидания ма… Серафима.

С этими словами я открыл дверь и вышел из кабинета.

Кое-что о воспитании послушных подданных

Я вышел с территории храма и сел в машину. Откинулся на спинку сиденья и задумался, подводя итоги разговора с настоятельницей. Итак, оказалось, что Райская, скорее всего, связана с убийцей. Вряд ли она стала жертвой для того, чтобы потом ожить в нужный момент. Хотя, может быть, тайна родителей и стала для девочки отправной точкой путешествия за грань? Но зачем тогда было врать Серафиме про то, что она работает в лекарне? Для красивого словца или чтобы вызвать доверие старой женщины.

Нет, вряд ли Райская умирала. Просто нашла мать-актрису, и через нее уже узнала имя отца. Которым вероятно и оказался мимик-психопат. Эх, жаль что Серафима не проболталась и не назвала имени той актрисы.

А может быть я уже начал параноить и везде вижу след мастера иллюзий. Вот и вписал девочку в подозреваемые только потому, что у нее белая сила и родная мать когда-то была актрисой. Может, и впрямь она стеснялась своей профессии и не стала говорить настоятельнице правду.

Так или иначе, теперь Райская была моей единственной ниточкой к маньяку. Но Иванов без доказательств не станет ее даже задерживать. А доказательств кроме взятого интервью у ""мертвой невесты"", поисков девочкой родителей, и наличием у нее белой силы, у меня не было.

— О чем задумались, вашество?

Голос Фомы вырвал меня из размышлений. И я взглянул на водителя:

— Да так. Про журналистку.

— Та, что возила вас в монастырь?

— Она.

— И что с ней не так? — удивился слуга.

— В том то и дело, что все так, — вздохнул я. — Кроме небольших нюансов.

Разговор прервал зазвонивший в кармане телефон. Я вытащил аппарат, взглянул на экран, на котором высвечивался номер Райской. Удивлённо поднял бровь, но нажал на кнопку приёма вызова:

— У аппарата.

— Добрый вечер, мастер Чехов, — послышался в динамике взволнованный голос девушки. — Уж простите, но, к сожалению, сегодняшнюю встречу придется перенести.

— Вот как? — удивился я. — И почему же?

Райская вздохнула:

— Этим вечером было совещание, на котором главный редактор сообщил, что где-то в одной глухой деревне на болотах, на границе Новгородского и Петроградского княжеств происходит что-то непонятное.