0
0Подходит очередь десерта, он идет в кухню, приносит трюфели и ставит их передо мной.
Берет ложку, отламывает кусочек трюфеля и кладет мне в рот. От удовольствия я закатываю глаза.
– Бо-о-о-о-оже мой! Как вкусно!
Эрик улыбается, дает мне второй кусочек, и я смакую его. Наслаждаясь вкусом, хочу попросить еще, как вдруг он отклоняется и спрашивает:
– Можно я попробую?"
"Киваю. Эрик проводит трюфелем по моим губам, приближается ко мне и нежно целует мои губы, а потом, отстранившись, говорит:
– Восхитительная.
Смотрим друг на друга и улыбаемся.
Он настолько чувственный, что я не хочу быть его подругой, я хочу быть кем-то бо́льшим. Когда же я набрасываюсь на него, безумно желая его поцелуев, он останавливает меня:
– Джуд, еще совсем недавно ты говорила, что…
– Я знаю, что я говорила. Забудь.
Эрик задумывается на мгновение и произносит, не меняя выражения лица:
– Джуд, не вздумай больше говорить, что ты моя шлюха, прошу тебя. Мне больно это слышать.
– Ладно. Я сожалею, что это слетело с моего языка.
Нежным прикосновением пальцев он очерчивает мои губы.
– Джуд… ты для меня – нечто особенное, очень особенное. Ты не можешь уходить, не дав никаких объяснений, и ждать от меня, чтобы я не сходил с ума от беспокойства. Я предпочитаю, чтобы ты позвонила в дверь и сказала «Прощай!», чем гадать, есть ты у меня или нет. Договорились?
– Я не сделала это только потому, что не хотела назвать тебя как-нибудь грубо, – лукаво улыбаюсь я.
– Называй меня так, как считаешь нужным.
– Не давай мне повода, – шучу.
Он расплывается в улыбке.
– Пожалуйста, не уходи, не предупредив меня.
– Ла-а-а-а-адно! Но ты рассчитываешь, что я вернусь работать?
– В этом нет надобности.
– Нет?!
– Нет.
– Почему?
– Кое-что произошло.
– Ты меня уволил?
Эрик улыбается и кладет мне в рот новый кусочек трюфеля – чтобы я замолчала, сто процентов.
– Я отменил собрания, запланированные на следующую неделю, перенес их. Я возвращаюсь в Германию. Мне нужно решить кое-какие вопросы, и это не терпит отсрочки.
Трюфель переворачивается у меня внутри.
Он уезжает!
Аманда. Он будет с ней в Германии. Снова начинает покалывать жало ревности.
– Ты вернешься с Амандой? – спрашиваю, не в силах держать язык за зубами.
– Нет, думаю, она уже вернулась. Это коллега по работе и подруга. Не более. Сегодня утром она мне рассказала о своем визите к тебе и…
– Ты провел с ней ночь?
– Нет.
Звучит неубедительно.
– Ты играл с ней?
Он откидывается на спинку кресла и кивает.
– Да.
Настроение у меня меняется.
– Я люблю играть, не забывай об этом. И ты тоже не должна себе в этом отказывать.
О!.. Как здорово это слышать!
Потягиваюсь. Мне ведь не на что жаловаться. Он всегда был честен со мной, не могу отрицать.
