0
0
Но я уже расхрабрилась, как боевой бык породы миура перед нападением.
– Ах, тебе надоели мои вопросы? Ну надо же!.. К твоему сведению, мне надоели твои недомолвки. С каждым днем я все меньше тебя понимаю."
"– Я не стремлюсь к тому, чтобы ты меня понимала.
– Нет?
– Нет.
Мне хочется зарядить ему по голове лампой. Когда он так со мной разговаривает, я выхожу из себя.
– Знаешь? Я почти забыла тебя после того, как ты исчез из моей жизни, но когда ты появился возле дома моего отца…
– Забыла? – цедит он сквозь зубы. – Как ты могла меня забыть и сделать себе такую татуировку?
Он прав.
Это наша фраза, и я не в силах опровергнуть этот аргумент.
– Ладно, я сделала эту татуировку для тебя. Я едва тебя знала, когда сделала ее, но что-то мне подсказывало, что ты кое-что значишь в моей жизни, и мне хотелось иметь на теле нечто такое, что было бы только нашим и осталось с нами навсегда.
– Только нашим?
– Да, – в истерике кричу я.
– Ты хочешь сказать, что когда ты спишь с другим, он видит эту фразу и произносит ее, то ты вспоминаешь обо мне?
– Наверное.
– Наверное?
– Да! – в бешенстве выкрикиваю я. – Наверное, я вспоминаю о тебе каждый раз, когда мужчина говорит мне «Попроси меня то, что ты хочешь». Когда он читает ее на моем теле, я представляю твои глаза и наслаждение, которое испытывала с тобой, когда я подчинялась твоим капризам и занималась с тобой любовью.
Его ранят мои слова. Его лицо перекашивается, и он ударяет кулаком о стену.
– Это ошибка. Непростительная ошибка с моей стороны. Ты должна была остаться с Фернандо или еще с кем-нибудь.
– Эрик! Что ты такое говоришь?
Он словно лев, загнанный в клетку, мечется по комнате. У него каменное выражение лица.
– Собирай вещи. Ты уезжаешь.
– Ты выгоняешь меня?
– Да.
– Что?!
– Я хочу, чтобы ты уехала.
– Что?!
– Я вызову такси, и ты поедешь к отцу.
Оглушенная таким ответом, я выкрикиваю:
– Хрен тебе! Ты не будешь вызывать такси, потому что в этом нет нужды.
Эрик останавливается, смотрит на меня и в его взгляде видна боль. Да что с ним? Не понимаю. Мне хочется плакать. Слезы подступают к глазам, но я сдерживаю их. Он понимает это и подходит ко мне.
– Джуд…
– Эрик, ты только что меня выгонял, не прикасайся ко мне!
– Послушай, малышка…
– Не трогай меня… – тихо повторяю я.
Он останавливается в метре от меня и нервно проводит рукой по волосам.
– Я не хочу, чтобы ты уезжала… но…
Мне не нравится это «но». Ненавижу это слово. От него никогда нельзя ожидать чего-то хорошего.
– Послушай, лучше я уеду. С «но» или без «но». Я уезжаю!
– Дорогая… послушай меня.
– Нет! Я не твоя дорогая. Если бы я ею была, ты бы не разговаривал со мной так, как ты только что разговаривал, и был бы честным со мной. Ты бы объяснил мне, кто такие Марта и Бетта.
