Ты придёшь ко мне во сне (СИ)

Спокойнее после его слов не стало совершенно.

– Мне кто-нибудь может объяснить, что всё это значит? – подруга сложила руки на груди и воинственно на нас уставилась. – Я всего лишь попаданка, которая совершенно ничего не понимает в ваших штучках. Мне нужно всё разжёвывать и очень доходчиво объяснять.

– Иномирянка, – поправила её я. – Тут говорят иномирянка, а не попаданка. Нейт, неужели ничего нельзя сделать?

– Пока нет. Сейчас Калинину действительно лучше уйти и затаиться на время.

– А что будет с тобой? – тревожно спросила у него и аккуратно взяла за руку. – Это ведь ты его менял.

– С ними я договорюсь сам. Не переживай. Всё будет хорошо.

От его улыбки на душе стало так тепло, что я не могла не улыбнуться в ответ.

– Давайте прощаться, девочки? – обаятельно усмехнулся Ромка, прерывая наш обмен взглядами.

– Ну вот, – Машка грустно улыбнулась, вставая и подходя к другу. – Только нашли друг друга, и сразу расставаться.

– Я вернусь и ещё успею тебе надоесть, – крепко обнимая её, ответил молодой человек и взглянул на меня. – И с тобой остается Лея. С ней тебе точно скучно не будет.

Я встала с подлокотника и быстро преодолела разделяющее нас расстояние.

– Будь осторожен, – прошептала едва слышно и закрыла глаза, наслаждаясь последними мгновениями близости.

– Обещаю. А ты будь счастлива. Обещай, что будешь счастлива.

– И я обещаю, – пробормотала в ответ и виновато добавила: – Прости меня, Ром.

Он сразу понял, что именно я имела в виду, и вздохнул, обдувая дыханием пылающую от смущения щеку.

– Я всегда знал, что не являюсь героем твоего романа, но продолжал упорствовать, бился головой о стену.

– Калинин, – устало, но уверенно произнес Нейт. – Отпусти мою жену.

– Не волнуйся, не украду. С богами шутки плохи, – размыкая объятья, ответил тот, грустно улыбнулся и исчез.

Лишь облако тумана расстелилось по ковру, но и оно пропало.

– С ним точно будет всё нормально? – всхлипнув, спросила Маша.

– Точно. Он умный и талантливый молодой человек, которому давно пора самому распоряжаться своей жизнью и принимать решения.

Шейн скривился и попытался сесть поудобнее.

– А ты не хочешь мне рассказать, когда я успела стать твоей женой? – повернулась к нему, скрестив руки на груди. – Насколько помню, заветное «да» я тебе не говорила.

– Всё дело в том, что я рунерд. Наша встреча и то сияние, что возникает, является одновременно первой встречей, помолвкой и свадьбой.

– Три в одном, – пробормотала подруга, пока я переваривала информацию. – У вас тут прям мексиканские страсти творятся.

– Дополнительные церемонии совершенно не обязательны, но будут.