Цербер

Желания чертовски мало для того, чтобы прощать подобные поступки.

– Ты, верно, не знаешь, с кем имеешь дело, девочка, – зло прошипел, положив руку ей на шею.

Пригвоздил ее голову к двери и впечатался всем телом. В паху болезненно заныло от одного касания к ней. Даже пара слоев одежды не спасали от желания, которое Тимур испытывал в отношении этой девушки. Он и рад бы бороться, да только не получалось у него, не выходило. Физиология работала отдельно от него, поэтому единственное верное решение – найти компромисс с ней.

Только как, если она брыкается сразу, едва слышит его предложения.

Взглянул на нее, растерянную и напуганную. Глаза расширенные от страха, губы искусанные, видимо, нервничала, пока была дома. Хочет он ее. Безумно хочет. И не отдаст, пока она не согласится быть с ним.

– Правда, замужем? – спросил в надежде, что это не так.

Тимур не любил вранья, но сейчас с радостью выслушал бы его. Лишь бы она была свободна, чтобы не думала ни о чем и была только его. Странно, ведь раньше такие мысли не посещали его. Тимуру никогда не хотелось девушку для постоянных отношений.

Усмехнулся. Какие отношения? Просто секс. Дикий, жесткий, как он любит.

Он не стал слушать ее ответ, прислонился к ней в диком необузданном поцелуе и поймал стон протеста.

Плевать!

Наклонился и одним рывком разорвал юбку по разрезу. Подхватил ее за упругую задницу и вжал член в промежность. Вот так, да, то, о чем он мечтал и чего хотел.

Аня вскрикнула, но он тут же подавил ее крик своими губами. Пусть стонет ему в рот, выкрикивает его имя и скручивается в оргазмах. Он готов на многое, лишь бы снова увидеть ее во время оргазма, лишь бы услышать ее стон и почувствовать вкус губ.

Манящая, пленяющая. Схватил ее за волосы и оттянул голову немного назад, впился поцелуем в шею, оставляя свои темноватые метки.

– Боже, – застонала, больше не отталкивая, а притягивая его к себе.

– Моя, карамель, моя, – рыкнул, отодвинул ее трусики, быстро натянул презерватив и вошел в нее одним мощным рывком.

Ему хотелось почувствовать ее кожа к коже, узнать, какая она горячая и теплая внутри, ощутить ее. Но вместо этого приходилось пользоваться презервативами. Банальная предосторожность, защита от возможных заболеваний, хотя уверенности в ее чистоте было хоть отбавляй.

Странно это, неправильно. Он знал ее сутки, а уже задумался о сексе без резинки.

– Тимур, – пролепетала в сантиметре от его губ, хватаясь тоненькими пальчиками за его плечи, ища опору.

Протолкнул руку между их телами и коснулся ее клитора, провел пальцами по влажным складкам и услышал стон удовольствия, слетающий с ее губ. Не собирался он дарить ей удовольствие. Трахнуть хотел, нагнуть и выебать как шлюху, чтобы поняла, что с ним не шутят. И не сдержался. Стоны ее ловил, как помешанный.