Цербер

Тимур

Приезд матери с невестой серьезно пошатнули планы Тимура. Он и представить не мог, что мать сможет привести девушку и полностью проигнорирует его слова. Это взбесило мужчину, но он старался держаться до тех пор, пока мать не начала давить на него и указывать на то, что он мусульманин и должен.

Их ссора стала невыносимой для Тимура, поэтому как только он поговорил с Аней, отправился к матери, чтобы поговорить еще раз.

– Я ничего не должен, мама, – спокойно сказал он. – Не должен ни тебе, ни отцу. Я верю в Аллаха, но я неправильный мусульманин.

– Что ты несешь, сын? Приди в себя! – тут же ответила мать, но Тимур даже слушать ее не хотел. – Твой брат ежедневно читает намаз и твой отец…

– Мой отец, мама, – Тимур едва сдерживался, чтобы не повысить голос. – Мы оба знаем, как именно отец соблюдал постулаты, правда?

– Прекрати, – мать тут же повысила голос. Всегда защищала отца, что бы он не сделал. И даже когда лила реки слез, все равно говорила, что Эмир ее единственный и любимый мужчина.

– Нет, не прекращу. Ты обвиняешь меня в том, что я позволяю себе слишком много, в то время, как отец изменял тебе и ты закрывала глаза. Разве в нашей вере это допустимо? Я видел это, мама, знал это и рос с этим. Я верю в Аллаха, но по-своему, принимаешь ты это или нет. Я не мог вырасти тем, кто будет читать намаз каждый день и следовать всем постулатам, видя, как его же отец нарушает их.

– Тимур, – мама покачала головой. – Я приняла ислам, когда вышла замуж за твоего отца. Отреклась от веры в Иисуса и стала молиться Аллаху. Я растила тебя тем, кто будет, так же, как и я, соблюдать главные законы, а ты…

– А я сын своего отца, мама. Я тот, кто забрал тебя в другую страну и заставил развестись с мужем, чтобы больше не лить слез. Я твой сын, мама. Я люблю тебя, но позволь мне самому решать свою судьбу и отвечать перед Аллахом в судный день.

Приблизился к матери и обнял ее, прижав к себе. Он любил мать сильнее всех, но иногда она была слишком упрямой и зачастую настаивала на своем. Тимур не мог похвастаться тем, что он идеальный сын, но он никогда не дал бы ее в обиду. И ему было стыдно за свое поведение.

– Прости меня, мама, – склонил голову и опустился перед ней на колено, поцеловал ее руку и поднялся. – Прости за то, что повысил голос. Прости за то, что разговаривал так с тобой, но на Эмель я не женюсь. В ближайшее время я поеду в Турцию и решу эту проблему.

– Ты так сильно ее любишь, сынок?

Тимур хотел ответить, что нет, не любит, но очень быстро понял, что мать права. Он никогда, ни к одной женщине не испытывал и сотой доли тех чувств, что чувствовал к Ане. И его пугало это. Скручивало тисками изнутри и не давало вдохнуть полной грудью.