Цербер для непокорной

– Тебе бы к психиатру обратиться, – хмыкаю, дергая верхней губой, словно обнажая клыки, которые все равно ничто по сравнению с угрозой, исходящей от Галаева. – То злишься на меня, то вдруг ластишься. Или это твоя тактика? Всем будет гораздо лучше, если наши отношения останутся в определенных рамках, которые нам не стоит переступать.

– И какие же рамки, позволь услышать? Что ты там еще себе напридумывала? – скалится, обнажая верхние резцы. – Как же с вами, бабами, сложно. Только мозг любите выносить.

Пропускаю мимо ушей его недовольство и замечание про баб, еще не хватало ссориться по другому вопросу.

– Ну, во–первых, отдельное проживание, – обвожу рукой комнату, имея в виду даже не ее, а скорее дом в целом.

– Сразу нет, – качает головой, даже не дав мне приступить к пункту два. – Мы будем жить вместе, я не позволю сыну расти черте где и без меня. Мальчику нужен отец, иначе вырастет…

Не договаривает, но его патриархальный настрой мне уже известен, так что много ума не надо, чтобы догадаться, что он хотел сказать."

"– И какие у тебя планы насчет будущего, позволь поинтересоваться? – откидываюсь на подушку, наблюдаю за сменой скудных эмоций на его лице.

Его лицо моментально каменеет, а глаза сужаются. Задела за живое, Галаев? Вон как перекосило–то тебя.

– Как я уже говорил, она – не твоя проблема, – говорит медленно, подчеркивая каждое произнесенное слово. – Вы не будете пересекаться, я в состоянии обеспечить дом и нужды каждой из своих жен, не бедствую, знаешь ли.

Выдыхаю, сжимаю кулаки, впиваюсь ногтями в ладони, аж больно становится, настолько сильно это делаю.

– Не прикасайся ко мне, – резко выпаливаю, когда его рука тянется к моему лицу.

– Ты – моя будущая жена, и я буду трогать тебя, сколько и где захочу, – прищуривает глаза и цокает, приближается ко мне, нависая телом, закрывая собой практически весь обзор на комнату.

– Пока не жена, – отворачиваю голову, когда он все же касается пальцами моей щеки. – Как там у вас говорится, до брака все грешно? Что ж за двойные стандарты, а, Фарид? В одном позволяешь себе поблажки, а в другом так щепетилен?

– Уж не тебе об этом говорить, – ухмыляется скабрезно и опускает глаза на мой объемный живот.

Прикрываю глаза, чтобы он не увидел выражение моих глаз. И тут меня спасает телефонный звонок. Галаев выругивается, но подрывается и отвечает на чей–то вызов, хлопая попутно дверью. Я было выдыхаю, чувствуя облегчение, но в этот момент мне на телефон приходит сообщение.

«Привет.