Цербер для непокорной

Вот только боли соприкосновения с холодным полом не ощущаю, меня, казалось, подхватывают мужские руки. А дальше меня поглощает тьма…

Глава 2

Прихожу в себя постепенно. Скорее, от мельтешения и звуков вокруг. Женский голос что-то причитает, мужской рычит.

– Неси нашатырный спирт, – говорит Фарид, узнаю по голосу. – Чего стоишь?

– Да-да, – растерянным тоном отвечает секретарь, а затем я слышу удаляющиеся постукивания каблучков по ламинату.

Я уже пришла в себя, но открывать глаза не спешу. В сердце ледяными щупальцами пробирается страх, накрывая меня практически с головой.

Сглатываю, стараясь сделать это незаметно, и, видимо, получается, раз никаких слов после этого не раздается. И тут тишину, воцарившуюся после ухода Ирины, нарушает трель телефонного звонка.

– Слушаю, – жесткий голос Галаева. – Перепроверь еще раз. Вечером зайди ко мне в кабинет. Захвати досье на Валерию Миронову.

На другом конце трубки, скорее всего, согласно кивают, поскольку больше диалогов директор не ведет. Стараюсь дышать ровно, чтобы не выдать своего пробудившегося состояния. Раздумываю, как бы выйти из этой ситуации без потерь.

Судя по реакции мужчины, ребенок ему не нужен. Горло перехватывает горьким спазмом, слезы вот–вот готовы пролиться, орошая щеки, но я изо всех сил стискиваю челюсть, чтобы не проявить лишней эмоциональности. Не время, Лера, не сейчас. Сердце колотится, как сумасшедшее, а разум мечется в поисках решения проблемы. Но я пока отбрасываю тревогу и мечущиеся мысли в сторону. Главное сейчас – это добраться до дома, а там… Я подумаю над беременностью и тем, как преподнести эту новость Богдану и… Диме…

– Ой, – вдруг раздается голос Светки, – Простите, я не думала, что… Секретаря нет на месте, и я…

– Что-то срочное? – не обращает внимания на ее оправдания Фарид и нетерпеливо спрашивает грубым тоном.

"

"– Н-нет, просто акты на подпись… – теряется она тут же, а затем восклицает: – Ох, это же Лера! Видимо, из-за беременности плохо себя чувствует.

– Беременности? – подозрительно спокойным голосом переспрашивает он свою сотрудницу.

– Да, а она вам разве не сообщила? Ой, простите, я думала, это сюрприз, – начинает нести полную чушь бухгалтерша, я же скриплю зубами, понимая, как она сейчас меня подставляет, сама того не ведая.

– Вы свободны! – жестким непререкаемым тоном осаждает поток ее словесности Галаев, а затем я слышу, как она быстро удаляется прочь.

С сожалением понимаю, что боится крутого нрава начальства, вот только мне так и хотелось попросить ее остаться.

– Вставай! – холод в голосе мужчины пробирает до костей, казалось, остужая горячую кровь в венах. – Вижу, что пришла в себя.

Мне не остается ничего другого, как перестать притворяться и, наконец, открыть глаза. Выдыхаю и присаживаюсь.