Цена моей одержимости

— Мама, — дрожу, обхватив себя руками. Все же выбегать из дома в одних шортах и майке было плохой идеей. Немного прохладно, — у отца кое-какие проблемы в фирме. Но он быстро со всем разберется, как встанет на ноги."

"Пытаюсь убедить ее, что незачем ей волноваться. У нас типа все хорошо, просто небольшой казус произошел, но это не смертельно. Так, легкие трудности. Не посвящать же ее в более глубокие подробности. Тогда и маму приступ с ног повалит. Особенно от имени Тимура Воронцова.

Да я себя рядом с ним чувствую, как на пороховой бочке. Одно неловкое движение или слово, и мне несдобровать. Он никогда мне не простит прошлого.

— В каком плане трудности? — мама не отступает. — Миша что опять стал…

К чему именно отец опять вернулся, я не успеваю дослушать, так как в палату заходят улыбающийся доктор и семенящая позади него медсестра. Антон Моисеевич проверяет приборы, что-то на них переключая. Капельницу передает девушке, в миг исчезнувшей из палаты.

— Вам бы поехать домой и немного поспать, — сочувственно и с жалостью осматривает маму.

Не могу с ним не согласиться. Вид у нее потасканный. Надо в порядок себя привести, а то после пробуждения папа жену свою не узнает. Испугается.

— Побудь немного дома, мамуль, — удерживаю ее за локоть, чтобы на отказ не пошла. — С папой все в порядке. Опасность миновала. Отдохнуть тебе не помешает, — приближаюсь к ее уху. — Тем более отец должен увидеть перед собой не бледный призрак, а молодую и красивую жену, которую он сильно-сильно любит.

Похоже, мои слова возымели на нее должный эффект. Мама тут же расправляет плечи, выпятив грудь вперед. Приободряется и соглашается поехать в наш особняк на пару часиков. Вызываю ей такси. Пока машина едет, мы выпиваем по стаканчику кофе в небольшом кафе больницы. Молчим. Каждая думает о своем.

Как бы мне сейчас хотелось поехать вместе с ней. Пройтись по холлу собственного дома, оказаться в своей комнате, а не ехать с водителем Тимура в его огромный особняк, в которой ощущать себя буду пленницей. Не имеющей права голоса. Лишь верно и преданно исполняющей приказы хозяина.

Как рабыня.

Но таковы условия нашего договора. Он мне деньги для отца, я… в его власти на целый месяц. Не сбежать, не спрятаться. Нужно наконец-то принять свою судьбу. Да и язык за зубами держать, иначе праведный гнев Тимура обрушится мне на голову.

— Алиса, — мама трогает за плечо и показывает пальцем на звонящий телефон. Такси уже ждет внизу.

Мама садится в желтую машинку. Машу ей на прощание, молясь, чтобы Вячеслав не вышел из автомобиля. Ведь он уже порывался это сделать, когда привез в больницу.

Видите ли Тимур Андреевич велел ему следовать за мной по пятам. Слава Богу, охранник его не пропустил. Личным телохранителям тут не место.