7
0– И нечего об этом говорить! Мы едем к реке?
– Едем,– хмуро ответил царь.– Дворцовые стражники, по крайней мере, не спят. Но нужно быть сумасшедшим, чтоб сесть в лодку под таким ливнем!
– Не беспокойся, я достаточно сумасшедший,– заверил его Люг, всем звукам предпочитавший воркование воды под килем.
Сокт поплотнее завернулся в шерстяной плащ, тяжелый от влаги, но сохраняющий хоть какое-то тепло.
– Забыл! – вдруг сказал царь, резко останавливая коня.– У меня же есть перстень!
– Разве мы и так не знаем дорогу во дворец? – осведомился Люг, в свою очередь останавливаясь.
– Посмотрим,– произнес Фаргал, обматывая поводья вокруг седельной луки и выпростав из рукава правую руку.
– Ну, камешек,– проговорил он, сдвинув брови,– где здесь путь, который мы ищем?
Сдвинув головы так, что капюшоны их соприкасались, друзья глядели на путеводный перстень.
Некоторое время с камнем ничего не происходило.
Дождь лил с прежней силой. Лошади стояли понурив головы. Вокруг – темень и отупляющий шум падающей воды.
Люг уже решил, что ждать бесполезно, когда внутри камня вспыхнула зеленая пульсирующая звездочка.
– Взял! – с удовлетворением произнес Фаргал.
Словно речь шла о собаке.
Поворачивая запястье, царь определил момент наибольшего свечения."
"Они снова двинулись к воротам. Сокт сомневался, что от волшебного камня будет толк… И его сомнения только увеличились, когда ворота остались позади, а под копытами лошадей зачавкала размокшая земля: они свернули с дороги.
Примерно через четверть мили всадники въехали в небольшую рощицу, а еще через полсотни шагов конь Фаргала едва не споткнулся о могильную плиту.
– Здесь! – уверенно заявил царь, спрыгнув на землю.
Взявшись руками за край смутно видневшегося в темноте камня, он попробовал его поднять. Но на такое даже его великолепные мускулы были не способны: камень весил не менее шести быков.
– Здесь что-то написано! – сказал сокт.– Был бы огонь…
Фаргал не ответил. Он стоял неподвижно, глядя на плиту. Капюшон его был откинут, и холодные струйки воды стекали за шиворот. Фаргал не обращал на это внимания, он думал.
Люг пальцами пытался опознать вырубленные на надгробии буквы. Нога его поскользнулась на мокрой траве, и, ударившись коленом о край плиты, он выругался по-соктски.
– Так,– сказал царь и снова взялся за край плиты.
– Постой, я помогу! – воскликнул сокт.
Но Фаргал уже сдвинул камень (вместе с опершимся на него Люгом) и повел его в сторону под омерзительный скрежет проржавевшего механизма.
Когда щель стала достаточно широкой, Фаргал соскочил вниз.
– Прыгай! – крикнул он оттуда сокту.
Люг спрыгнул в открывшуюся яму. Он был готов к тому, что услышит хруст человеческих костей у себя под ногами. И услышал. Тем не менее это была не могила.
