8
0Потому-то ты и опростоволосился с этим эгеринским послом.
– Кто мог знать, что посол враждебной державы ходил в дружках Императора Карнагрии? – воскликнул Кэр.
Он стоял на пару ступеней ниже Карашшера, но лица их были вровень. Ни ростом, ни шириной плеч Кэр теперь не уступал настоящему Фаргалу.
Синие глаза Карашшера холодно глядели в серые глаза Кэра. Слуга мага с неудовольствием подумал, что парень уже и сейчас кажется покрепче, чем он сам.
Кэр видел только глаза и верхнюю часть лица Карашшера. Нос, рот и подбородок слуги мага закрывала личина из тонкого листового золота. Карашшер выбрал ее из обширной коллекции масок, украшений и парадных доспехов вождя соктов. Карашшера золотая личина раздражала. Равно как и парадные доспехи, которые можно было пробить шпилькой для волос. Он чувствовал бы себя уверенней, неся на плечах тяжесть настоящих лат.
– Мне кажется, я могу полагаться на Шотара больше, чем на других,– сказал Кэр.– Он пришелся мне по душе еще там, в Реми. Настоящий воин!
– Шотар хорош, пока думает, что ты – Фаргал. Настоящий император Фаргал. А после твоей оплошности с послом…
– Довольно!
Окрик, отразившись от потолка Зала Приемов, еще несколько мгновений перекатывался в пахнущем подогретым воском воздухе.
«Как ему удается так ловко подделывать голос царя!» – в который раз удивился Карашшер.
Сам он с большим трудом имитировал голос сокта. В основном тембр и акцент. А вот Кэр копировал не только сам голос, но интонации, оттенки, то, о чем просто не мог знать. Наверняка об этом позаботился хозяин.
«Он – величайший из чародеев!» – подумал воин.
– Я решу это дело с послом,– сердито сказал Кэр.
– Интересно как?
– Война,– заявил сын вождя.– Война с Эгерином!
Карашшер хотел по привычке почесать шрам на щеке, но рука наткнулась на золотую личину. Пожалуй, мальчишка предложил удачный ход. Наверняка и сам не подозревает, какой удачный. Война сразу сметет все подозрения. Подозревать будут только врага.
– И как же ты это сделаешь? – поинтересовался воин.
– То есть как это – как? – искренне удивился Кэр.– Просто соберу войско, объявлю всем, что желаю завоевать Эгерин,– и завоюю! Разве Карнагрия не сильнее?
Карашшер хмыкнул:
– Думаешь, этого достаточно?
– Мой отец Хардаларул начинал войну, когда полагал ее необходимой для клана,– объявил Кэр.– Старейшины могли высказаться против, но отец своего мнения не изменял. Война полезна для народа! Закаляет боевой дух.
– Здесь не горы Аша! – напомнил Карашшер.
– Верно,– охотно согласился сын вождя.– Здесь куда больше гнили. Я научу их жить достойно!
«Дурак»,– подумал Карашшер. Он завидовал.
В Кэре было то, что давно утратил он сам. Кроме того, какими бы глупыми ни были объяснения парня, но идея казалась верной.
