8
0Створы ворот из толстой, совершенно черной бронзы были распахнуты уже не первое столетие: прошу! И находились смельчаки из магов, воинов или просто алчных дураков, осмеливавшиеся войти в тень древней арки.
Возвращались немногие. Некоторые. Но были такие, что оставались в замке навсегда. Они называли себя Посвященными Ирзаи. Их тоже было немного, десятка полтора. Ремийцы подкармливали их, но сами старались держаться от Злого замка подальше.
И только в последние два месяца не один, не двое, а сотни людей день за днем поднимались по вытертым ступеням. И – возвращались.
Царю Фаргалу уже успели донести об этом.
Злой замок. Клык Кхорала…
– Скверное местечко! – произнес Кайр, разглядывая тысячелетнее сооружение.– Нет таких сокровищ, что увлекли бы меня внутрь.
– Нет такого страха, что отпугнул бы меня от добычи! – откликнулся один из его подначальных, рослый самериец.
Скошенный подбородок делал воина похожим на кабанье рыло.
Сказал, но вперед, однако, не спешил, уступая честь первенства другим.
Пространство позади ворот казалось пустым.
Царь, Люг, Бехер и десятник из Алых остановились у лестницы.
– Ну где эти грифоголовые слуги Ирзаи? – проворчал сокт.– Попрятались небось…
– Пошли! – Фаргал решительно взбежал вверх по лестнице. Алые и Люг замешкались не более чем на мгновение.
На последней, девятой ступени они оказались одновременно с царем.
Здоровенный мускулистый детина с выбритой круглой головой шагнул им навстречу из темноты входа. Скрестив на груди руки, такие же толстые, как руки самого Фаргала, детина в упор уставился на царя.
Фаргал удивился: этакая наглость…
– Хочешь войти? – спросил бритоголовый.
– Эй! – гаркнул десятник.– Пред тобой – Император Карнагрии!
– Если хочешь войти,– не обратив внимания на реплику, продолжал здоровяк,– ты должен оставить здесь оружие и одежду.
– Ты что, не слышал, кто он? – прорычал Алый.
Бритоголовый пожал плечами.
– Всякий, кто хочет войти, сделает так, как я сказал,– бесстрастно произнес он.– Вы все,– взгляд его скользнул над головой Фаргала, пробежался по стоящим внизу воинам,– сделаете так.
Царь усмехнулся. Тот, кто диктовал им условия, был один и без оружия. Нет, не один. Из темноты выступили еще трое, такие же бритые, мускулистые, в белых набедренных повязках. И тоже без оружия.
Фаргал улыбнулся еще шире. Ему нравились храбрецы. Даже те, которых приходилось убивать.
Десятник Алых схватил здоровяка за плечо:
– Ах ты!..
И, получив удар в грудь, отлетел назад, едва не сбив с ног царя. Скатившись по ступеням, десятник остался неподвижно лежать на мостовой.
Один из Алых подскочил к упавшему.
– Да он мертв! – воскликнул воин.
